Невио вцепился в лицо отца, в темных глазах мелькнуло безумие.
— Я бы убил ее в любом случае. И я бы убивал ее снова и снова, если бы мог, убил каждого ублюдка, который хоть отдаленно связан с этой сукой, если бы не чувства Греты к нему. Может быть, однажды я это сделаю. Если ты хочешь попытаться убить меня за это, удачи. Я действую в безумной ярости."
"Отец улыбнулся, как будто Невио был надоедливой мухой, не стоящей его забот.
— Поверь мне, я знаю.
Я хотел бы иметь такую способность сохранять спокойствие перед лицом его безумия, но Невио все равно умудрялся вывести меня из себя.
Этот парень обладал разрушительной силой атомной бомбы. Римо был чертовым безумцем. Невио делал своего отца похожим на гребаного мальчика из хора.
Но ради Греты я подавлял свою неприязнь. Ради нее мы все проглотим много трудных пилюль.
Становление настоящей семьи будет долгим, ухабистым путем, и я не был уверен, что все мы дойдем до конца.
После того, как мы высадили Фальконе в гостевом доме, мы с папой поехали к моим родителям чтобы подготовиться к предстоящей завтра встрече.
— За эти годы я пережил много тяжелых времен, но это превосходит все.
Я перевел взгляд с дороги. Папа, казалось, постарел на несколько лет за последние несколько недель. Его руки, обхватившие руль, были белыми от давления, которое он на него оказывал.
— Знаю. Все вышло из-под контроля. Спасибо, что согласился с моим решением остаться рядом с Гретой в последние пару недель.
— На самом деле ты не оставил мне выбора.
— Я люблю ее.
Отец глубоко вздохнул и повернул на улицу, где находился особняк. — Официально Невио убил твою жену. На бумаге она все еще была твоей женой, Амо. Мы еще не объявили об этом официально. Но кто-то видел его в городе, и Крессида исчезла.
— Мне не следовало жениться на ней, тогда бы ничего этого не случилось. Я никогда ни о чем больше не буду жалеть.
Отец кивнул, удивив меня. — Если бы я знал степень твоей связи с Гретой, я бы никогда не настаивал на этом.
— Я должен был стоять на своем и отказаться, но я так хотел стать Капо, что был готов на все, только потом я понял, что не могу жить без Греты.
Отец припарковал машину перед домом. Два охранника сидели в черном лимузине перед ним. — Если мы договоримся о перемирии с Каморрой, нам придется дать нашим людям объяснение, почему.
— Я готов дать им правду, потому что они все равно все поймут, когда я женюсь на Грете.
Отец мрачно улыбнулся. — Я боялся, что ты женишься на ней.
— Я женюсь.
