В такие моменты я понимал, что оно есть, но бьется лишь для очень немногих людей.
Фабиано поймал мой взгляд поверх головы Серафины.
— Как она?
Я глубоко вздохнул. — Она справится.
Она должна была выжить."
"Мы с Серафиной опустились рядом с Невио, который уперся руками в бедра и уставился в пол, не обращая внимания на все вокруг.
— Я вернусь в особняк для дополнительной защиты. Позвони мне, как только узнаешь больше.
Фабиано направился обратно.
Через пять часов Нино вернулся из операционной.
Он следил за врачами, чтобы убедиться, что они сделали все возможное для спасения Греты. Его лицо не предвещало ничего хорошего. Я поднялся на ноги, моя грудь сжималась.
— Она стабильна, — сказал Нино, но я знал, что это была хорошая новость. — Из-за тяжести ее травм врачам пришлось сделать гистерэктомию. Колену потребуется еще одна операция, но неизвестно, сможет ли Грета снова танцевать.
Серафина издала отчаянный всхлип и опустилась в кресло.
Невио протиснулся мимо Нино и пошел в операционную.
Через минуту он вернулся, бледнее, чем я его когда-либо видел.
— Кто-то заплатит за это.
Он вышел на улицу, и вскоре я услышал разъяренный крик.
Серафина подняла на меня глаза.
— Сколько еще крови должно пролиться, чтобы это безумие закончилось? Разве этого не достаточно?
— Это часть этого бизнеса. И если это связано с Фамилией, то крови прольется много.
Она покачала головой, как будто не знала, кто я такой, что было чертовски смешно, учитывая, что пролитие крови всегда было моим любимым занятием.
— Римо, наша девочка борется за свою жизнь. Ты хоть понимаешь, что она потеряла? Она никогда не сможет выносить ребенка, возможно, никогда больше не будет танцевать. Неужели ты хочешь отнять у нее еще и Амо? Это жестоко, даже для тебя.
Слова Серафины ударили меня как кувалдой.
— Чтобы Амо и Грета были вместе, должно пролиться еще больше крови, поверь мне. Лука должен будет сделать кровавое заявление, которое он уже давно не делал.
Это будет некрасиво. Многие умрут. За эту связь придется заплатить, Ангел, и многие прольют за нее кровь.
Серафина напряженно кивнула.
— Пока это не кровь Греты, мне все равно, Римо. Ты всегда говорил мне, что хочешь, чтобы Грета взяла свою судьбу в свои руки. Ты всегда презирал женщин, которые принимают свою судьбу. Грета хочет быть с Амо. Дай ей это. Она достаточно настрадалась.
Я наклонился и поцеловал лоб Серафины.
