Его жена просто качает головой и, поддразнивая, бьёт его по руке, прежде чем исчезнуть.
Адриан следит за ней своим темнеющим взглядом ещё долго, после того, как она исчезает из виду. Мне всегда казалось забавным, что такой бесчувственный человек, как он, испытывает такую сильную привязанность к другому человеку.
Ты так говоришь, как будто ты не в одной лодке с ним, ублюдок.
Адриан хватает меня за плечо.
— Я одолжу Кирилла на минутку.
Не дожидаясь ничьего ответа, он выталкивает меня на безлюдный балкон. Холод проникает через мой костюм, и моя челюсть сжимается, но совсем по другой причине, чем изменение температуры.
У меня почти нет видимости зала, и поэтому я не могу видеть, вернулась ли Саша.
— Сделай это быстро, — говорю я рассеянно. — Кроме того, почему ты вдруг ведёшь себя так дружелюбно? Разве ты не пронзил моё маленькое чёрное сердечко, сказав мне не выходить на связь без крайней необходимости?
— Ты, чёрт возьми, хоть понимаешь, что делаешь? — его тело напряжено, но только на мгновение, прежде чем он делает вдох.
— Ты играешь с грёбаным огнём.
— Боже мой, Адриан. Если бы я не знал тебя лучше, я бы сказал, что ты беспокоишься обо мне.
— Сосредоточься, — он ударяет кулаком мне в плечо, отбрасывая меня на шаг назад. — Это опасно.
— И откуда ты знаешь, что это такое?
— Не нужно быть гением, чтобы понять, что ты всегда стремился к самому высокому положению. Я подозреваю, что Игорь обещал помочь с этим, а Сергей согласился отречься от своего статуса Пахана для тебя, когда состояние его здоровья ухудшится.
"
"— Все карты на стол, да?
— Это может иметь неприятные последствия в любой момент, если ты не выполнишь свою часть сделки.
— А почему я не должен? — я хватаю его за плечо и сжимаю. — А теперь поговорим по-настоящему. Когда придёт время выборов, ты ведь проголосуешь за меня, верно? Ты же знаешь, что никто не может управлять этой организацией лучше меня.
— Это все, что тебя волнует?
— Что там ещё есть? Если только... Ты не подумываешь о том, чтобы выставить свою кандидатуру?
— В отличие от тебя, чёртов идиот, у меня есть семья, которую я должен защищать, и для этого я не буду выставлять себя в центре внимания.
Я предпочитаю работать в тени.
— И ты будешь продолжать это делать. На самом деле, когда я стану Паханом, ты будешь моим любимчиком.
— Ты действительно не видишь опасности, которой подвергнешься, когда окажешься на вершине, не так ли?
— Преимущества перевешивают опасность, — я ухмыляюсь.
