Тем не менее, от мысли о том, что она улетит за тысячи миль без даты возвращения, у меня перехватило дыхание.
Как я вообще мог добровольно провести так много часов вдали от нее, когда я отдал бы свою гребаную почку ради того, чтобы снова побыть с ней наедине? Почему я больше боялся потерять все остальное, чем потерять ее?
Я предоставил Алессандре пространство после развода, потому что было слишком рано начитать действовать. Эмоции были слишком сильными для нас обоих, и мне нужно было время, чтобы придумать, как вернуть ее.
Я подписал бумаги, но это не означало, что я отказался от нас. Ни в коем случае.
Каждый конец сопровождался новым началом. Я просто должен был убедиться, что мы начнем все сначала вместе.
Зазвонил мой сотовый, отвлекая меня от моих мыслей. Я выругался, увидев номер вызывающего абонента. Опять этот чертов неизвестный абонент. Мне следовало бы перестать брать трубку, но любопытство каждый раз брало надо мной верх.
Как всегда, меня встретила тишина.
Раздражение вспыхнуло, и я выкрикнул предупреждение:
— Если ты не перестанешь звонить, я…
— Присмотри за своим братом, — голос был настолько искажен, что я не мог различить его пол.
— Или ты будешь следующим.
Прежде чем я успел ответить, в трубке раздался тихий сигнал об окончании вызова.
Я поручил своему парню проверить звонки, но тот, кто за ними стоит, был достаточно опытен, чтобы их невозможно было отследить.
Чертов Роман. Это должен был быть он. Он постоянно проделывал подобные трюки, пока наша приемная мать не высекла его до полусмерти за то, что он увеличил счет за телефон.
Я также не удивлюсь, если за прошедшие годы он научился каким-нибудь черным техническим приемам. Он быстро учился. Жаль, что большая часть того, что он узнал, была связана с той или иной ложью, мошенничеством или манипуляцией.
Я не знал, в какую игру он сейчас играет, но мне это чертовски надоело.
В дверь постучали.
— Сэр? — Марта вошла с нерешительным выражением лица. Ее поведение стало гораздо более сдержанным с тех пор, как я отругал ее за то, как она обращалась с Алессандрой.
— Уже одиннадцать часов.
— Буду готов через несколько минут.
Я забыл о встрече сегодня утром. При мысли о том, чтобы сидеть и улыбаться целый час всякой ерунде, мне вдруг захотелось вылезти из кожи вон."
"Мне нравился город. Шум и люди заглушили голоса в моей голове; бешеный темп не позволял мне остановиться ни на одном моменте слишком долго.
