Девушка сидела, удобно устроившись в углу и убрав все свои вещи на полку над головой.
— Что ты здесь делаешь? — удивился ее отец.
— Я еду в Лондон, — ответила она, удивленная столь же сильно. — А ты, папенька, зачем собрался в город?
Сэр Ганнибал объяснил, что случилось, и его дочь пришла в ярость от того, что его заподозрили в таком мерзком преступлении. Когда старик закончил рассказ, мисс Тревик многозначительно заметила:
— А я собиралась в Лондон всего лишь для того, чтобы увидеться с Освальдом.
— Так вот почему ты отправилась в столицу, никому ничего не сказав.
— Да. Я знаю, что если бы попросила меня отпустить, ты бы не согласился. К тому же я уверена, что Освальд — единственный человек, который мог бы реально помочь нам узнать, кто убил господина Боуринга. Я собираюсь остановиться у тети Лавинии, а затем обратиться к Освальду за помощью.
— Ты должна была мне сказать, Дерика, — вспыхнул баронет.
— Зачем? — поинтересовалась девушка. — Ты бы только начал спорить.
Я уже несколько дней собиралась навестить Освальда и знала, что о тебе ходят дурные слухи. Я лишь не ожидала, что они выльются в насилие. Ты не можешь вернуться в Санкт-Эвалдс, пока твое имя не будет очищено!
— И кто же снимет с меня подозрения?
— Господин Освальд Форд. Правда, не бесплатно.
— И какой же будет цена?"
"— Моя рука, — усмехнулась Дерика, и сэр Ганнибал хмыкнул. Он понимал, что попался в ловушку и сейчас ему нужны были все друзья, которых он сумел бы найти.
И все же мысль о том, что его зятем станет никому не известный нищий адвокат, совсем не радовала аристократа.
Глава VIII Сыщик-любитель
Лавиния Куинтон была сестрой матери Дерики — богатой старой девой, которая не любила сэра Ганнибала, но обожала его дочь. Она также поддерживала замечательные отношения с Освальдом Фордом как из-за его внешности и манеры одеваться, так и из-за того, что его как жениха Дерики не одобрял баронет. Должно быть, в жилах мисс Лавинии отчасти текла ирландская кровь, потому что она всегда находилась в оппозиции и не собиралась переставать спорить со всеми вокруг, пока с ее губ не сорвался бы последний вздох.
Дерика была очень привязана к тетушке, а та любила ее всем сердцем, утверждая, что девушка пошла в мать — это тоже была своеобразная пощечина сэру Ганнибалу.
Жила эта странная дама в тихом уголке Кенсингтон-сквера, где арендная плата была высокой, а соседи благообразно-зажиточными.
