Я сделал то, о чем уже рассказал, а когда Полуин уехал на моем мопеде, я пешком отправился к особняку и на пляж.
Девушка посмотрела на Форда, а он — на нее.
— Странно! — с удивлением сказал адвокат. — Интересно, а не изображал ли вас кто-нибудь, сэр Ганнибал? Мисс Стреттон заявила, что видела именно вас.
— Не знаю, кто мог устроить подобный маскарад, — помедлив, ответил сэр Тревик. — Но меня и близко не было к месту убийства. Однако вам лучше рассказать мне все, что вы узнали, и тогда мы, быть может, прольем свет на это дело.
— Я вам все расскажу, — заверил его юрист, — но взамен и вы должны быть совершенно откровенны.
— Обещаю. Продолжайте.
Адвокат был вынужден довольствоваться этим обещанием. Он рассказал сэру Ганнибалу о разговоре с Иосией, о неожиданном появлении Моргана, о визите мисс Стреттон в хижину Анака и, наконец, подробно пересказал то, что поведала им молодая госпожа Боуринг про Полуина, также известного как Крент.
Баронет спокойно все выслушал, держа дочь за руку и не прерывая рассказчика почти до самого конца истории, хотя, судя по его выражению лица, он был возмущен.
Наконец, когда рассказ уже подходил к концу, сэр Тревик не выдержал.
— Вы рассказали достаточно, — объявил он. — Крент — мой враг.
— Вот как! — воскликнула Дерика. — Думаешь, это он убил господина Боуринга?
— Нет, — резко объявил ее отец. — Они с Боурингом сговорились, чтобы уничтожить меня. Есть определенная истина в том, что говорила миссис Крент, как и в истории ее мужа.
Полуин, или Крент, называйте его как угодно, настоящий злодей. Он был нашим с Джоном партнером в Африке, но вел себя так отвратительно, что нам пришлось его вышвырнуть. Он вечно устраивал нам неприятности с туземцами.
— А насчет подделанных бумаг — это правда? — поинтересовался Форд."
"— Правда. Но я никогда не шантажировал ими Боуринга. Я просто держал их под рукой как гарантию того, что он не попытается мне навредить. Не сказал бы, что я занимался бизнесом с алмазами совершенно честно, но я был не хуже других.
Господин Боуринг все знал и время от времени пытался запугать меня, угрожая все рассказать о моих делах жителям Санкт-Эвалдса. Но я пригрозил, что если он это сделает, я подам на него в суд за подделку моей подписи. Бумаги… Да, все в мире повторяется, — с горечью произнес сэр Ганнибал. — Да, Джон подделал их в недобрый час, а я завладел ими с помощью Крента.
