Я пришла сюда, чтобы вырубить тебя, а ты просто стоишь здесь весь такой… р-р-р…
Он усмехнулся и разжал руки.
— Так что же ты стоишь? Выруби меня, если хочется. Вперед, давай.
— Ты просто… Проклятье! И почему ты так хорошо выглядишь? — последнюю фразу я чуть ли не прорыдала. Ухмылку, возникшую на его лице, мне захотелось стереть кулаком.
— Что ж, ты тоже прекрасна. — Я застыла. — Хотя опять же, ты всегда такой была.
— Ох, не очаровывай меня своими заклинаниями.
На одну секунду на его губах появилась настоящая улыбка, а не дерьмовая ухмылочка.
И вот так, в одно мгновение, нам снова стало пятнадцать.
Я вскинула руки.
— Все, с меня достаточно. Отправляйся на свое интервью.
Я развернулась, чтобы уйти, но он схватил меня за руку и повернул к себе.
— Ты пришла сюда не ради того, чтобы сказать мне, что я хорошо выгляжу.
И это была чертова правда. Но стоя вот так, напротив него, я не могла подобрать слов, которые действительно хотела бы сказать. Где ты был? Какой была твоя жизнь? Ты скучал по мне? Значила ли я для тебя так же много, как и ты для меня? Почему ты предал нас?
Но я не смогла найти в себе силы, чтобы выказать уязвимость.
Не тогда, когда у него было все, чего хотела я.
— Я пришла сюда, потому что ты солгал в книге.
— Назови это художественным отступлением. В любом случае, думаю, ты должна ее закончить.
— Ты создал поистине идеальную картину себя самого, не так ли?
Я потянулась к волосам, закрутила их в узел. Было видно, что он узнал мою детскую привычку, но мне не хотелось, чтобы он считал, будто все еще знает меня.
Я опустила руку и моргнула.
— Вижу, ты до сих пор не прошла через все это, — констатировал он. — Почему ты не дочитала книгу?
— Я была зла, что ты солгал.
— Эмилин, эта деталь неважна. У меня были свои причины, чтобы изменить ее.
— Но все остальное — правда. Почему ты изменил нечто настолько значительное?
— Как я уже сказал, у меня были причины.
Он был гораздо более пугающим, чем я помнила.
— Мы поговорим о том, что произошло, Джейс, или так и будем ходить вокруг да около?
Он посмотрел мне за спину, когда прозвенел дверной колокольчик.
— Эм, ты должна была знать, что однажды я напишу эту книгу.
— Нет, — покачала я головой. — Не знала.
— Я сказал, что найду тебя, не так ли?
Синапсы давали осечку в моем мозгу. Это вот таким странным образом он собирался найти меня? Что он имел в виду?
Все еще глядя мне за спину, он спросил.
