разлетелось по всему городу задолго до того, как новоиспеченная леди Крейн покинула город.
– Навсегда, – добавила Пенелопа. – Люди просили, но я не собираюсь вновь браться за перо. – Она помолчала, думая о записях, над которыми корпела дома. – По крайней мере, не в качестве Уислдаун.
Пенелопа посмотрела на подругу, которая опустилась на стол рядом с ней. Побледневшая новобрачная почему-то долго – ну, во всяком случае, долго для Элоизы – не произносила ни слова.
Пенелопа попыталась улыбнуться.
– Вообще-то я подумываю написать роман.
Но подруга так ничего и не сказала, хотя часто-часто заморгала, и ее бровь дернулась, как будто Элоиза о чем-то глубоко задумалась.
И поэтому Пенелопа взяла ее за руку и сказала то единственное, что на самом деле ощущала:
– Мне жаль, Элоиза.
Та безучастно глядела на край стола, но, услышав эти слова, повернулась и посмотрела Пенелопе прямо в глаза.
– Тебе жаль? – повторила она, как будто неуверенная, что сожаление в данной ситуации уместно, ну или по крайней мере, что его одного достаточно.
У Пенелопы упало сердце.
– Мне так жаль, – снова повторила она. – Я должна была сказать тебе. Я должна была…
– Ты с ума сошла? – спросила Элоиза, наконец, обратив на нее внимание. – Разумеется, тебе не стоило мне ничего говорить. Я бы не смогла держать это в секрете.
Пенелопа подумала, что с ее стороны подобное признание довольно удивительно.
– Я так тобой горжусь, – продолжила новобрачная. – Забудем на минуту о самих заметках – я даже представить не могу, как вообще организовать нечто подобное, и когда-нибудь, не в день моей свадьбы, я потребую рассказать мне обо всем в мельчайших подробностях.
– Значит, ты удивилась? – прошептала Пенелопа.
Элоиза холодно посмотрела на подругу.
– Мягко сказано.
– Мне пришлось притащить ей кресло, – вставила Гиацинта.
– Я уже сидела, – процедила сквозь зубы Элоиза.
Гиацинта лишь отмахнулась.
– И тем не менее.
– Не обращай на нее внимания, – посоветовала Элоиза, не сводя глаз с подруги. – В самом деле, я даже выразить не могу, как сильно впечатлена… ну то есть теперь, когда первое удивление прошло.
– Правда? – До этого самого момента Пенелопе не приходило в голову, как она желала получить одобрение Элоизы.
– Держать нас в неведении так долго, – восхищенно покачала головой новобрачная. – Меня. Ее. – Она указала пальцем на Гиацинту. – У тебя действительно все замечательно получилось. – При этих словах она наклонилась и сжала Пенелопу в горячих объятиях.
