Пендергаст продолжал двигаться против ветра через несгоревшую траву, пока не дошел до того места, где начинались илистые отмели, которые окружали остров. Сейчас облака стали немного тоньше, а прилив все еще нарастал. Вся сцена была освещена ужасным светом пожара, который отражался на блестящих илистых наносах, окрашивая их в цвет крови.
Пендергаст внимательно наблюдал за пожаром. Как он и предполагал, огонь, подгоняемый восходящим ветром, двигался по дуге, как петля, затягивающая сама себя. Пламя теперь стало преисподней, а окружающий воздух все больше нагревался.
Минута за минутой площадь незатронутых зарослей сокращалась. С «Лес Баером» наготове, Пендергаст начал обходить остров, держась у самого края травы, двигаясь быстро и бесшумно.
Наконец сквозь рев пламени Пендергаст услышал крик: вопль ярости и отчаяния. Он двинулся на звук по краю травы. Вскоре после этого послышались тяжелые шаги: пламя выкурило Дункана из зарослей и заставило его запаниковать."
"Быстро, как атакующая змея, Пендергаст бросился в траву.
Испуганная фигура бежала по касательной к пламени, его плечи подсвечивались сзади огнем. Пендергаст помчался за ним, запрыгнул на спину, оглушив его ударом приклада своего пистолета. Когда они упали на землю, он вырвал штык из руки Дункана и отбросил его в наступающее пламя. Сковав запястья Дункана за спиной наручниками, он встал и наполовину потащил, наполовину вывел полубессознательного мужчину из приближающего огня и оказался на отмели.
Там он позволил ему рухнуть в грязь.
Ожидая, пока мужчина придет в чувства, Пендергаст счистил как можно больше сажи и высушенной грязи со своих рук и ног. Вскоре он увидел, что глаза Дункана раскрылись — гротескно белые по отношению к покрывающей его грязи. Они уставились на него с немой яростью.
— Побереги свои силы, — сказал Пендергаст. — Нам придется немного подождать, пока наступит отлив. И тогда я отведу тебя к твоему брату.
40
Бурю, которая задерживалась над Эксмутом последние несколько дней, прошлой ночью снесло ветром, и наступившее утро было ясным и теплым.
Сейчас полуденное солнце великодушно сияло над главной улицей, вызолачивая витрины и товары за их стеклами, и резко очерчивая большую толпу, собравшуюся перед полицейским участком. Персиваль Лейк и Кэрол Хинтервассер стояли вместе у порога ее магазина позади толпы. Он сжимал сумку в одной руке, а другой обнимал за талию Кэрол.
