— Двенадцать саженей! — закричал он, стараясь перекричать шторм. — Ракушечное дно!
Капитан Либби не ответил, но выражение лица его сделалось тревожным. Он снова поднял подзорную трубу и посмотрел на то, что должно было быть маяком Эксмута.
— Промеряйте непрерывно, — он повернулся к навигатору. — Держите маяк строго по правому борту.
Пендергаст достаточно знал о тонкостях морского судоходства, чтобы быть в курсе того, насколько важна глубина погружения лотлиня[82] — поскольку корабль находился близко к берегу, и шторм представлял для него огромную опасность.
Несколько минут спустя второй помощник вернулся с другим докладом о глубине.
— Десять саженей, — отчитался он. — Каменистое дно.
Капитан опустил подбородок, нахмурившись.
— Проверьте еще раз, — скомандовал он.
Второй помощник снова исчез в шторме.
— Девять саженей, каменистое дно.
— В этом же нет никакого смысла, сэр! — выкрикнул навигатор, стараясь перекричать ветер. — Согласно графику, мы должны находиться на шестнадцати саженях при песчаном дне.
— Каменистое дно означает отмель, — капитан отступил на шаг. — Либо диаграмма ошибочна, либо мы существенно отклонились от курса.
Навигатор, работавший на своего рода примитивном компасе, перестал ориентироваться на свет и начал работать со своими собственными картами и расчетами.
— Не может быть, — сказал он, скорее, самому себе, чем кому-то другому. — Этого просто не может быть, — он снова попытался сориентироваться на свет.
— Шесть саженей, — дрогнул голос второго помощника.
— Каменистое дно.
Капитан перегнулся через перила, словно собирался взять свой собственный курс.
— Черт возьми, — пробормотал он, снова поднимая подзорную трубу и отчаянно всматриваясь в свирепствующую бурю, но теперь через нее ничего невозможно было разглядеть — даже свет маяка. — Лево на борт! — внезапно приказал капитан рулевому, в голосе звучала близкая к панике тревога. — Взять новый курс на 90 градусов!
— Но, капитан… — запротестовал первый помощник.
— Это поведет нас в открытое море.
— Да будет так, — сказал Либби. — Выполняйте! — но рулевой уже поворачивал рулевое колесо, меняя курс и разворачивая корабль.
Тем не менее, даже когда «Замок Пембрук» повернулся, со смотровой мачты прозвучал крик:
— Впереди рифы!
Капитан взглянул вперед в подзорную трубу. Пендергаст тихо подкрался сзади. Там, прямо по курсу, в темноте волн плавало едва заметное белое пятно.
— Быстрее, право руля! — заорал Либби.
