Настойчиво и громко.
«Хоть бы не Кирилл», – первая мысль, за которой тут же последовала вторая, – «И не Мила».
Этих двоих я сегодня не выдержу.
Однако, открыв дверь, я увидела на пороге Катюшу с Ульяной, и при виде дочерей тут же почувствовала смесь облегчения, радости, а еще горького отчаяния.
Если они здесь, то все знают.
– Мама! – вскрикнула Ульяна и буквально прыгнула на меня, сжимая в объятиях.
– Мам? – тише произнесла Катя и тоже зажала меня с другой стороны.
Почувствовав запах своих детей, я заплакала.
Со всей болью, обидой и страхом, которые сидели во мне эти дни.
Я так не плакала при Кирилле, при Зое и даже сама с собой, но дочки сорвали во мне невидимый спусковой механизм, который больше не сдерживал бурный поток слез.
И вот мы, как какие-то ненормальные, стояли в проходе и втроем ревели, прижимаясь друг к другу.
Вот моя семья, эти две девочки, которые всегда будут для меня моими маленькими принцессами. Они давно выросли, и Катя сама стала мамой, но это ничего не меняло.
За них я порву Милу, Кирилла и даже Федю, если придется.
Мне не надо квартир, машин и половины фирмы мужа, но дочек я не дам оставить без наследства.
– Ну ладно, проходите, – первая нахожу силы и тяну девочек внутрь квартиры.
Они проходят, раздеваются и с таким же ужасом, какой был и у меня, осматривают все комнаты.
Мы были здесь когда-то втроем, но очень давно, и обстановка совершенно отличалась. Не было такой разрухи.
– Мама, а почему ты здесь? – не выдерживает Ульяна.
Как она похожа на отца характером.
Такая же громкая, прямолинейная и не терпящая несправедливость.
Хотя… Последняя черта ей точно не от папы досталась.
– Как вы узнали, где я? – отвечаю вопросом на вопрос, забирая у девочек куртки.
– Мы были у вас дома, – хмуро говорит Катя.
– Ага, – кивает ей Ульяна, – И застали там папу пьяного в щи.
– Ульяна! – восклицаю.
Однако удивлена я не из-за грубых слов дочери, а поведения мужа.
С чего ему напиваться?
– Она хотела сказать, что папа был очень пьяным, но все же смог в… общих чертах рассказать, что произошло, – добавляет уже спокойнее Катя, – А Валентина дала твой адрес.
– И вот мы здесь, – заключает Ульяна, плюхаясь на диван.
Катя садится следом, и обе дочери внимательно смотрят на меня, ожидая продолжения истории.
– Мам, что произошло?
– Да, мам."
"Шумно выдыхаю, пододвигаю стул и сажусь перед девочками.
– И что вам рассказал папа?
– Только то, что ты ушла и хочешь развестись из-за него, – жалобно тянет Ульяна.
Понимаю их чувства.
