Осман сказал, что разберется с ними, найдет тех, кто это все устроил.
Может быть, это глупо, но я просто устала бояться. Устала засыпать с мыслью, что завтрашний день может принести нам с сестрой еще какие-нибудь серьезные неприятности.
Вскоре в комнату поднимается Осман со спящей Каришкой на руках.
— Она, что, уснула? — спрашиваю я удивленно шёпотом.
Он лишь кивает и осторожно перекладывает малышку в заранее приготовленную Милой Захаровной кроватку. Я наблюдаю со стороны за Османом, и у меня сердце сжимается — мы ведь могли быть семьей, могли проживать самые счастливые минуты нашей жизни вместе, но судьба распорядилась иначе.
— Я накрыла стол, Полина Аркадьевна, — в дверях появляется помощница Милы Захаровны, приятная женщина в годах, очень напоминающая мне мою воспитательницу из детского сада. Надо бы поинтересоваться чуть позже, не работала ли она раньше в «Берёзке»?
— Зовите меня просто Полина, — отвечаю я ей полушепотом, боясь разбудить дочь.
— Хорошо, Полина. Вы идите, а я посижу с малышкой.
Вы, должно быть, устали с дороги, утомились.
Я оглядываюсь на спящую малышку, и Осман, словно поняв, что я сомневаюсь, стоит ли ее оставлять хоть и с приятной на вид, но чужой женщиной, кивает головой в сторону двери, мол, пойдем.
— Зря беспокоишься. Рита Давыдовна вырастила Тёму, вот кому-кому, а ей можешь доверять на все сто процентов. В отличие от тех людей, кого впускаешь в дом.
Я удивленно поднимаю взгляд на Османа. Все-таки не забыл про Назара, и мы снова вернулись к тому, с чего начали.
— А что не так с Назаром?
— Назар, значит, — Махдаев игнорирует мой вопрос. — И что у тебя с Назаром, Огнева?
Нет, я не могу понять, он серьезно задает мне этот вопрос или издевается? Лезет своими поцелуями, при том, что у него есть законная жена, а с меня еще и спрос двойной.
— Я не обязана отвечать на подобные вопросы.
Я уже хочу ускорить шаг или вовсе свернуть в ванную комнату, как вдруг Осман грубо хватает меня за запястье и прижимает к стене:
— Ты, правда, так думаешь? А, Огонёк? — его хриплый голос заставляет меня покраснеть.
Слишком жарко от его близости, я еще не отошла от прошлого поцелуя, а тут меня снова берут на абордаж. — Скажи мне, с Назаром ты чувствуешь то же самое, что и со мной? — во взгляде Османа столько огня, что я сгораю от какого-то безумного желания, накрывающего меня всякий раз, когда он оказывается рядом.
Я прикрываю глаза, не в силах смотреть на него. Упираюсь ладонями об мощную грудь, где неистово бьется его сердце.
