— Не собираюсь на это отвечать.
— Нет, я думаю, тебе стоит. Ты знаешь, что мне нравится. Справедливо, если я узнаю, что тебе нравится. Что-то выделялось?
Я колеблюсь. — Может быть, мне понравилось то, что ты хочешь быть главным.
Его губы изогнуты в улыбке. — Да. Я так и думал. Почему?
Это очень простой вопрос. Потому что во всех аспектах моей жизни я всегда полностью контролирую ситуацию. Я стала капитаном группы поддержки на втором курсе, что неслыханно. Я командую на тренировках и управляю своей командой как хорошо отлаженным механизмом.
Для моего отца и брата я — неостановимая сила природы. Я иду за тем, что хочу. Я отдаюсь на 100% каждому проекту, за который берусь.
Это не значит, что я не гибкая. Мне нравится контроль, но я не фанатка контроля — я могу легко отдать бразды правления, если это необходимо. Я перфекционистка, но не ломаюсь, если что-то не идеально.
А когда дело доходит до секса, нет ничего, что бы я хотела больше, чем чтобы меня направляли.
С уважением, конечно.
— Потому что я чаще контролирую, чем не контролирую.
И парни, с которыми я встречалась, никогда не проявляли инициативу в спальне, — признаюсь я Шейну.
— Вот что ты хочешь увидеть? Инициативу?
Я медленно киваю.
— Хорошо, тогда. Иди в спальню, — говорит он тихим голосом. — Жди меня там.
— Ждать тебя, — эхом повторяю я, чувствуя неловкость и сглатывая.
Он стоит, дразня меня своим высоким, широким телом. Я вижу, как его член напряженно выпирает под брюками. Они черные, поэтому трудно сказать, полностью ли он возбужден.
Благодаря его анкете, я теперь точно знаю, какого он размера, и мои бедра напрягаются от одной мысли о том, что он будет внутри меня.
— В спальню, — повторяет он, его тон становится резче.
Я делаю глубокий вдох. Затем, не говоря ни слова, иду в его спальню.
Я осматриваю окружающую обстановку, обращая внимание на аккуратно застеленную кровать, мягкий серый ковёр и блестящий комод из красного дерева. Не могу поверить, что я это делаю. Почему я в спальне Шейна Линдли? Что со мной не так?
И где он черт возьми?
Я слышу, как он двигается на кухне.
Слышу, как течет вода. Наливает ли он себе стакан воды? Внутри меня поднимается возмущение, учащая пульс. Я боюсь, что он играет со мной, но в то же время ожидание, которое он создаёт, невыносимо. Между моими ногами ощущается настоящая боль. Узел агонии. Всё тело становится горячим и напряженным, мои мышцы сжимаются от желания, пока я жду его возвращения.
Наконец Шейн появляется в дверном проеме.
