"
"Они приближались к восемьдесят первой автостраде; машина, которую они позаимствовали для дела, позволяла им разгоняться до ста пятидесяти километров на дорогах общего пользования. Джексон включал и выключал сирену по необходимости, в зависимости от плотности потока. Даже на таких скоростях от Бингемтона до Балтимора было почти три часа езды.
В паре километров от Мэриленда они свернули на обочину к оставленному автомобилю. Джексон остался в патрульной машине, а Ромеро и Лола повели Нейла к кадиллаку.
Его запихнули на пассажирское сиденье. Прежде чем Нейл успел хотя бы задуматься о попытке бегства, Ромеро приставил пистолет к его лицу. Нейл знал, что им было приказано доставить его живым, но мама объясняла, как много разных частей тела можно прострелить человеку и при этом не убить его. Нейл молча наблюдал, как Лола застегнула наручники на его лодыжках, прикрепив их к опоре сидения, и едва удержался, чтобы не зарядить ей коленом в лицо.
Затем Лола забралась на заднее сиденье и завела ему руки за спинку кресла.
Она одела на них наручники и постаралась затянуть их как можно туже. Как только Малкольм закрыла дверь, Ромеро снова вывез их на дорогу. Нейл пошевелил ногами, пытаясь прикинуть, насколько может ими двигать, но острый холодный металл, скользнувший по пальцам, быстро отвлёк его от мыслей.
Нейл инстинктивно сжал кулаки. Неожиданно рассмеявшись, Лола сильно надавила пальцем на его запястье. Он невольно ослабил хватку, и она протиснула лезвие между пальцами и ладонью.
Она немного покрутила ножом, требуя снова раскрыть ладонь. Затем постучала кончиком лезвия между пальцами, достаточно сильно, чтобы расценивать это как угрозу, но недостаточно сильно, чтобы пробить кожу. Вскоре она устала его дразнить и провела неглубокий порез вдоль основания пальцев.
Нейл рванулся в путах, пытаясь убрать руки из зоны её досягаемости, но металл крепко удерживал на месте. На секунду его ослепило воспоминаниями о рождественских каникулах в Иверморе, и без того шаткое самообладание пошло трещиной.
— Стой!
— Останови меня, — откликнулась Лола, оставляя ещё один жгучий порез от основания к кончику большого пальца. Она покрыла руку Нейла множественными болезненными порезами разной степени глубины и только потом перешла к следующей. Наигравшись с руками, Лола наклонилась в проём между передними сиденьями и кончиком окровавленного лезвия очертила татуировку Нейла.
— Мы читали о твоей вражде с Рико.
