Ее стон удовольствия вибрирует под моей ладонью.
— О, — выдыхает она, — тебе сверху. Каково было бы лежать под тобой.
Зажав колени между ее бедер, я засовываю указательный палец в вырез ее платья, стягивая его вниз к животу. Мой взгляд тут же опускается на ее грудь. Твердые соски туго натягиваются под черным без бретелек лифчиком. Утонченным, но потрясающе сексуальным.
— Твой любимый цвет.
Боже милостивый.
Я собираюсь стать парнем, который кончает в штаны от нескольких слов. Конечно, это идеальные слова, исходящие из самых соблазнительных уст, но если я не возьму себя в руки, эта ночь пройдет совсем не так, как я планировала.
— Ты кончила, когда думала обо мне, Инд? Потому что каждый раз, когда я прикасался к себе, думая о тебе, я кончал так сильно, что почти терял сознание.
— Ты трогаешь себя, думая обо мне?
Я выдыхаю, невесело смеясь.
— Помнишь ту ночь, когда мы отправились в поход? Я думал о тебе, пока был в душе, и почти каждый раз с тех пор.
Ее руки снова скользят вниз по моему животу, каждый мускул в моем теле сокращается.
— И почему ты ничего не предпринял, когда вернулся в постель?
— Я не знал, что ты этого хочешь, но мечтал увидеть тебя такой. Лежащей на спине и обнимающей меня ногами.
Она тянется к пряжке на моем ремне, расстегивая ее.
— Ну, теперь я здесь с тобой, так что ты собираешься делать?
— Ничего.
Она останавливается, складывая брови в самую очаровательную разочарованную гримасу.
— Что?
Я провожу обеими ладонями по ее животу и талии, наслаждаясь тем, как она трепещет под моими прикосновениями.
— Я не собираюсь ничего делать. Но ты — да. Ты заставишь себя кончить.
— Но я не могу, — протестует она. — У меня не получается. Пожалуйста, Райан. Ты сказал, что поможешь мне.
— Я помогаю. Я буду отвлекать тебя, пока ты будешь мастурбировать, — я беру ее за руку, направляя ее к низу живота. — Ты доверяешь мне?
— Конечно, — ее взгляд смягчается. — А ты мне?
— Да, — отвечаю я без колебаний, и почти готов найти презерватив и послать к черту двухлетний целибат от осознание того, что я никогда не доверял другой женщине больше, чем Инди.
Яростная волна собственничества пробегает по мне, крича о том, что она принадлежит мне. Она лежит на моем диване, раздвинув ноги. Она живет в моем доме. Она хочет мой член.
Но я внутренне ругаю себя. Сегодняшний вечер посвящен ей.
— Потрогай себя, Инд. Сделай так, чтобы тебе было хорошо, — приподнимаясь на коленях, я снимаю рубашку и бросаю ее на пол.
