И вот во время последней отсидки жена моя не выдержала одиночества в нашем загородном доме и нашла себе молодого садовника. Я об этом узнал, конечно. И развёлся с ней. Сын от нашего брака обеспечен мною. Работает хирургом в Москве в одном очень хорошем центре. У него есть всё - квартира, машина... А жены у меня, получается, нету!
-Аха, жены, значит, нет, - пьяненько улыбаюсь я.
К чему этот разговор про жену был? Я не помню уже. Неужели это я спросила?
-Я к чему это про жену-то! - смеётся Степан, запихивая в рот большой кусок ягнёнка.
- Я свободен. Вы, я знаю, тоже свободны! А давайте соединим наши два одиночества в единое, так сказать, целое! Так подумать, ведь насколько разумно получится - вы как бы снова в фирму вернетесь! В качестве свадебного подарка я вам ваши акции преподнесу!
Он искренне считает, что это - выгодная для нас двоих сделка.
Он искренне верит, что сейчас, озвучивая вот такое предложение мне, он меня осчастливливает!
Я не знаю, что сказать!
Мне так грустно становится, что вот просто хоть плачь!
И даже выпитое спиртное не помогает.
Наливаю себе из графина. Под его удивлённым взглядом опрокидываю стопку водки. Дотянувшись до одной из его тарелок, цепляю вилкой кусочек мяса. Жую.
Смотрю на Степана. Он, даже озвучив предложение (можно это считать предложением?), не прекращает есть. И делает это... Неприятно! Губы в сале, жирные! Пальцы тоже!
А вот если я соглашусь, как я с ним в постель лягу?
Меня даже передёргивает от отвращения.
Нет, я не смогу!
-Вы, Даночка, не отвечайте сразу. Подумайте! Мне спешить некуда. Да и новым бизнесом надо заняться...
А с другой стороны, не зря же говорят - стерпится-слюбится... Может, и у меня со временем стерпится? Зато вот человек - понятный, логичный, по-своему простой. Да и даже если пойдёт налево, что вряд ли, я сильно-то и не расстроюсь...
С тоской обвожу взглядом зал.
И вдруг вижу, как откуда ни возьмись к нашему столику от входа летит Герман!
Моргаю несколько раз, думая, что мне это кажется, но.
.. Он всё также летит, прожигая яростным взглядом огненные дыры в спине Степана и заодно во мне!"
"Ну, как летит? С трудом ковыляет, опираясь на костыль. Нога снова загипсована. Хотя в последнюю нашу встречу на ней красовался новомодный пластиковый лангет.
По мере приближения к нам я различаю на его лице смесь ярости и отвращения!
Выпрямляю спину.
