— Должно быть, он был у адвоката или что-то в этом роде. Получил какой-то совет… — Он раздраженно зарычал. — Для него нет смысла просто идти в участок и сдаваться полиции.
— Может быть, он чувствовал себя виноватым? — Слабо предположила я, понимая, что это глупая идея.
— Нужно обладать совестью, чтобы чувствовать вину, — парировал Джоуи. — У него нет ничего из этого.
Совершенно верно.
— Это чушь собачья, — произнес знакомый голос, заставив нас обоих обернуться, когда неясная фигура приблизилась в темноте. — Они там, говорят о нашей жизни, принимают решения за нас, а нам не позволено это слышать.
"
"— Тадхг, — выдохнула я, прижимая руку к сердцу, когда он выскочил из небольшого просвета, его лицо освещал уличный фонарь через дорогу от нашего дома.
— Где Олли и Шон? — был единственный вопрос Джоуи.
— В кровати — они оба спят, — ответил Тадхг, прежде чем подойти к тому месту, где мы скорчились, и присесть на траву рядом с нами. Прислонившись спиной к стене рядом со мной, он обхватил руками колени и пробормотал: — Но Шон снова обоссал кровать.
Джоуи устало вздохнул. — Я лучше пойду…
— Я разобрался с этим, — вмешался Тадхг. — Дело сделано.
Мое сердце разбилось.
Младенцы, заботящиеся о младенцах.
— И Олли все чаще снятся кошмары. Он продолжает просыпаться в слезах, говоря, что вернется посреди ночи и заберет нас, — добавил Тадхг жестким тоном. — Я ни хрена не могу сомкнуть глаз с плаксой.
— Тадхг, — устало сказала я. — Пожалуйста, не ругайся.
— Почему? — он огрызнулся, свирепо глядя на меня.
— Что ты собираешься с этим делать?
— Потому что тебе одиннадцать и ты слишком молод, чтобы ругаться, — грустно ответила я. — И я не собираюсь ничего с этим делать. Этого просто не должно было случиться.
— Да пошла ты, Шэннон, — усмехнулся он. — В пятницу мне исполнится двенадцать, и в моей жизни есть много вещей, которые не должны происходить.
— Соберись, — властным тоном скомандовал Джоуи, не сводя глаз с нашего младшего брата. — Ты хочешь разозлиться на маму и папу — на весь чертов мир? Тогда дерзай.
Почувствуй это. Это реально и это оправдано. Ты должен быть в ярости. Это не справедливо. Но даже не думай вымещать это на ней, на мне или на тех двоих детях наверху, потому что мы ни хрена тебе не сделали, малыш. Мы ни черта не сделали, чтобы заслужить эту жизнь, так же, как и вы, так что запомни это, прежде чем придешь сюда и обрушишь свою боль на нас.
Тадхг долго пристально смотрел на Джоуи, прежде чем сильно содрогнуться.
