— Двигай дальше, дьявольская киска.
— Отвали, Гибси, — прорычала она, направляясь в конец класса.
— Ты в порядке, парень? — Хлопнув меня по плечу, Гибси обошел меня и опустился на внутреннее сиденье. — Она причинила тебе боль?
— Нет, все великолепно. — Опустившись обратно, я вытянул ноги и вздохнул легко впервые с тех пор, как вошел в класс. — Она просто чокнутая.
— Так оно и есть, — задумчиво произнес он. — А теперь послушай, у меня есть план.. — Поставив локти на стол, он сложил руки вместе и внимательно посмотрел в переднюю часть класса.
— Когда они придут с халявой, я буду держать пакет открытым, а ты просто сбрасывай туда все, хорошо?
— Ты придурок, — усмехнулся я.
— Я серьезно, — выпалил он в ответ, не сводя глаз с большой упаковки презервативов на столе.
Я изучал его лицо. — Господи, ты серьезно.
— Они мои, — ответил он, дьявольски ухмыляясь. — И я забираю их все.
— У тебя нет такта, черт возьми, — прорычал я, глядя на своюего лучшего друга с другого конца обеденного стола. Разговор о сексуальном здоровье, который Гибси непреднамеренно организовал, затянулся на три урока — и на небольшую перемену — из-за того, что какой-то здоровенный светловолосый придурок не переставал задавать вопросы.
Сразу после этого у меня были французский и история, и, клянусь, уровень сахара в крови упал из-за недостатка еды. — Ты говоришь, что я бестактный, но ты? — Опустив взгляд на пластиковый контейнер передо мной, я наколол куриную грудку вилкой и вгрызся в нее. — Ты в своей собственной лиге, парень.
Его брови взлетели вверх. — Я?
— Да, ты, — выпалил я в ответ, кивая на его переполненную сумку с припасами, которую он высыпал на стол, как только мы сели обедать. Я проглотил все до последнего кусочка мяса и овощей из своей коробки для ланча, прежде чем продолжить: — Что ты планируешь со всем этим делать? Сделать водяные шарики? Потому что ты не собираешься использовать их все. Это физиологически невозможно.
— Физиологический? — усмехнулся он. — Тебе нужно оторвать голову от этих книг, парень, — или, по крайней мере, мне показалось, что он так сказал.
Было довольно трудно разобрать, что он говорит, когда у него изо рта торчало с полдюжины леденцов на палочке.
— Сколько ты планируешь надеть сразу? — Парировал я, откручивая крышку на своей бутылке с водой. — полдюжины? Потому что нет другой причины наполнять твою сумку до чертовых краев, Гибс. — Покачав головой, я прижал бутылку к губам и осушил содержимое четырьмя большими глотками.
