Кроме того, парням из колледжа нет никакого дела до цвета плиты и посудомоечной машины, в отличие от девушек.
Внезапно входит один из братьев — думаю, это тот самый, с которым меня познакомили раньше, потому что на нем та же рубашка, но ведь у него есть близнец?"
"— Что вы двое делаете? — Он роется в корзине на холодильнике. Вытаскивает пакет с чипсами, разрывает его и засовывает одну чипсину в рот.
— Даллас был голоден.
Он кивает.
— Вы не против, если у меня будет компания?
Вилка Далласа останавливается на полпути ко рту.
— Что за компания?
— Соседские девушки.
Даллас стонет.
— Я против. — Отставляет контейнер. — Я очень сильно возражаю. Я хочу лечь спать пораньше. Не хочу всю ночь слушать, как они фальшиво смеются над твоими дурацкими шутками.
— Соседские девушки?
Он закрывает контейнер крышкой.
— Да, соседские девушки. Они как мухи на дерьме, постоянно жужжат вокруг.
— Ну, не похоже, что вы двое собираетесь развлекать меня. К тому же, они совсем рядом — мне даже не нужно их подвозить.
Как удобно.
Дрейк изучает меня.
И при этом морщит лицо.
— Странно, что вы двое общаетесь, — говорит он. — Учитывая, что вы терпеть друг друга не можете.
— С чего ты взял, что мы друг друга не переносим? — спрашиваю я. — Даллас потрясающий.
Они оба смеются.
— Полный бред. — Дрейк запихивает в рот горсть чипсов.
— Конечно, мы нравимся друг другу, — говорит Даллас. — Посмотри на нас, мы прекрасно ладим.
— Это то, что вы постоянно говорите себе?
Даллас кивает.
— Да.
— Ну. Я возвращаюсь наверх. Крикни, когда девочки придут.
Он наклоняет голову, прежде чем выйти из комнаты, — стереотипное южное приветствие, которое я нахожу очаровательным и милым.
— Только через мой труп я дам ему знать, когда придут эти охотницы за бутсами… — бормочет Даллас.
Я скрещиваю руки.
— Он поднял хороший вопрос. Если мы не можем убедить твоего брата, что нравимся друг другу, то как мы убедим кого-то еще?
— Потому что люди верят в то, во что хотят верить, потому что это то, во что мы говорим им поверить.
Что? Еще раз?
— Это имело смысл? — Я складываю слова в своем мозгу, даже загибаю пальцы, как будто это математическая задача. — А?
— Это имело смысл, поверь мне.
— Ну, твой брат прав. У нас нет химии, чтобы провернуть такое.
Даллас выглядит оскорбленным.
— У нас нет химии, чтобы провернуть это? — повторил он. — С каких это пор у меня нет химии?
— Я сказала, что у нас нет химии.
