Последнее сообщение вызывало некоторые сомнения, но по тому, как он писал остальные сообщения и придумывала новые слова, я была уверена, что он не совсем трезв.
Босиком по теплому деревянному полу с подогревом я дошла до входной двери. Не обращая внимания на остальные сообщения и звонки, я оставила телефон на кухонном острове и подошла к входной двери.
Небольшая лампа, висевшая на внешней стене дома рядом с входной дверью, светила через маленькое окошко на двери в прихожую, и, заглянув в него, я уже увидела Уэстона.
После того как Лэндон выпустил меня сюда, я отперла входную дверь тем же ключом, которым ранее вошла в дом.
Когда я открыла входную дверь, передо мной стоял Уэстон без верхней одежды, надпись на его торсе, где раньше было написано MALEWHORE, теперь была полностью размазана.
Он опирался верхней рукой о дверную коробку.
— Слава Богу, что ты не позвонил в дверь. — Прошептала я.
— Не смей.
Я отшлепала его руку, когда он внезапно переместил палец на дверной звонок.
— Может, и стоило.
Ты не отвечала на мои сообщения.
Я почувствовала на своей коже прохладный ночной воздух, и по коже побежали мурашки.
— Я ответила, а теперь заходи. Здесь холодно.
— Дай мне минутку.
Уэстон оперся верхней рукой о дверную коробку и пошел к кустам напротив дома, оставив меня стоять у двери.
Судя по звукам, Уэстона тошнило, но ветер, проносившийся под пологом елей, заглушал его.
— Уэстон? — Крикнула я шепотом и побежала вниз по ступенькам, остановившись на последней ступеньке, и снова позвала его по имени, когда уже не получила ответа на первый зов.
Но ответа не последовало, и я не услышала ничего, кроме ветра, дующего в соснах.
Поэтому я осторожно, на цыпочках, пошла по гальке, искажая лицо при каждом шаге.
— Черт побери, Уэс. — Покачала я головой и скрестила руки перед грудью.
Если бы кто-нибудь сказал мне десять минут назад, что я буду стоять посреди подъездной дорожки посреди ночи в одних шортах, футболке и с мокрыми волосами, я бы надела что-нибудь другое.
— Черт, Уэстон.
Я сделала еще несколько маленьких шагов в сторону густых кустов, как вдруг, словно из ниоткуда, выскочил он.
— Черт, я думала, ты отключился или что-то в этом роде.
— Так ты волновалась?
Он грязно ухмыльнулся, и, похоже, у него снова все было отлично.
Отлично.
— Заходи уже!
Я повернулась, и на этот раз меня не волновало, как сильно болят камешки под ногами, потому что все, чего я хотела, — это попасть в дом и свернуться калачиком в своей постели.
