Когда я думала о воде, о прыжке со стартовой площадки в глубокий бассейн с головой, я не испытывала ничего, кроме страха и паники.
Медленно сняв шлепанцы, я позволила правой руке соскользнуть на рельеф, который торчал из воды рядом с лестницей, ведущей в бассейн.
Я бросила полотенце рядом с обувью и, прежде чем сделать первый шаг в свой персональный ад, в последний раз оглянулась, чтобы убедиться, что в бассейне нахожусь только я.
Прохладная вода вдруг оказалась мне по пояс, и, подойдя к краю бассейна, я скользнула в воду и поплыла.
Плыть пришлось долго, так глубоко, что почти все тело было покрыто водой. Я не могла описать то чувство, когда увидела перед собой такое количество воды.
Я тихо считала в уме до пяти, многократно повторяя цифры, пока не почувствовала, что уже вижу их перед глазами.
Пока я считала, мне пришла в голову мысль, что я хочу прекратить все это, просто забыть и смириться с тем, что папа забрал у меня то, что когда-то так много для меня значило.
1…2…3…4…5
Я не успеваю.
— Блядь, блядь, блядь.
Я сделала первый естественный вдох и встала прямо в воде.
Я не могу нырнуть.
Это ощущение невозможности дышать повергло меня в панику. Голова раскалывалась, дыхание становилось все более торопливым.
Я боялась не только того, что на глубине не смогу увидеть землю под ногами, но и того, что никогда не избавлюсь от этого гребаного страха.
Я чувствовала себя так глупо, когда делала это, но с тех пор, как в прошлом году со мной произошел несчастный случай, у меня стоит блок. Моя любовь к плаванию и прыжкам в воду закрыта на замок, и я отчаянно ищу ключ.
Вдруг я услышала скрип двери, вероятно, той самой двери, через которую входят и выходят, потому что эти звуки всегда разносятся по всему плавательному залу.
Взглянув на большие часы, которые показывали время над бассейном, я поняла, что у меня осталось десять минут.
Десять минут до того момента, когда я выйду из воды, снова оденусь и удалюсь от здания на достаточное расстояние, чтобы снова дышать спокойно.
Я взбежала по ступенькам из бассейна, схватила шлепанцы и полотенце и скрылась в раздевалке.
Там были шкафчики, и у каждого члена «Акул» был свой украшенный шкафчик с его именем.
Я обычно запирала свои вещи в каком-нибудь свободном шкафчике, который не был занят.
Недолго думая, я заглянула за каждый угол, пока не вышла из здания и быстро не перешла улицу. Возможно, шум мне просто показался в подсознании, потому что парковка была пуста.
Я была рада, что вышла из бильярдной.
