Тот, кто обычно был таким сильным и уверенным в себе. Тот, кому всегда есть что сказать в любой момент. Но он был очень спокоен, и пока мы сидели там, слезы катились по его лицу, а мы пили одно пиво за другим.
Мы никогда не говорили о той ночи, и я никогда не спрашивал его об этом, но мне казалось, что в ту ночь что-то произошло с нашей дружбой в хорошем смысле этого слова.
Не разговаривая, мы сблизились еще больше.
Мы оба познакомились в старших классах и сразу же нашли общий язык.
Когда у нас были игры, мы обычно выходили на лед привычным дуэтом: одиннадцатый и тринадцатый номера.
Один забрасывал шайбу в сетку, а другой ассистировал.
С тех пор мы пообещали друг другу, что сделаем все возможное, чтобы когда-нибудь играть в Национальной хоккейной лиге.
Я вышел и встал посреди бара."
"Картер вернулся за столик, держа перед носом холодную упаковку. Я взглянул на него, а затем посмотрел в сторону Луны, которая смотрела на меня широкими, недоуменными глазами.
Пожалуйста, Луна, встань и скажи что-нибудь.
Хотя бы еще раз.
Она медленно покачала головой и снова отвернулась от меня на барном стуле.
34. Луна
Уэстон покинул бар, вернувшись из коридора с ванными комнатами для гостей. Любому, кто находился в баре с глазами на лоб, было очевидно, что эти двое подрались.
Когда Картер вышел с окровавленным носом, я подумала, что он, в общем-то, нажился, но когда я увидела его красную, распухшую руку и лицо Уэстона вскоре после этого, я уже не была так уверена. Губа Уэстона сильно кровоточила, а челюсть распухла.
Кровь с губы капала на его серую толстовку, и я с удовольствием побежал бы за ним.
Но я не могла выйти из бара и погнаться за Уэстоном, чтобы Ария не оттаскала меня за волосы. Картер передал пакет со льдом обратно бармену и поблагодарил его.
Я повернулась к нему, сидящему на табурете, и посмотрела на его запекшийся от крови нос.
— Ты в порядке?
— Да, я в порядке. — Он осторожно потрогал свой нос.
У меня язык горел от желания спросить, что случилось, почему они подрались и как там Уэстон, но я заставила себя не спрашивать об этом.
— Он засранец, Луна. Но, чтобы ты знала, он никогда не был так уязвим, как с тобой. Ты ему нравишься, поверь мне.
Я знала, что он засранец, но он не давал понять, что я ему нравлюсь.
А наоборот.
Чему же мне верить? Я ни о чем не думала, лишь бы не слышать этих слов от самого Уэстона.
Мне просто хотелось вернуться домой и забраться в свою постель.
— Увидимся.
