Она две недели игнорировала меня после того, как узнала, что я был ее безликим незнакомцем, а теперь я просто позволил ей снова сбежать отсюда.
Черт. Мне предстоит еще две недели молчания?
Что, если я причинил ей боль? Что, если это было слишком, и ее сердце сейчас разбито? Что, если я зашел слишком далеко? Я знаю, мы договорились, что это был просто секс, но, когда она оседлала меня, нельзя отрицать, что ощущения были другими. Это был не просто секс, это было личное, и когда я заставил ее взгляд встретиться с моим… Я никогда так сильно не кончал.
Не буду врать, сегодня я боролся. Будь она любой другой женщиной, у меня бы не возникло проблем, но с Аспен это опасная игра, и мы идем по черте, которую любой из нас может переступить в любой момент. Она и так уязвима, когда дело касается меня, и если я не буду осторожен, то окажусь тем, кто с трудом сохраняет грань между сексом и эмоциями.
Черт.
В любом случае, здесь что-то произошло, и я не хочу оставаться в неведении.
Если я облажался, мне нужно знать, чтобы исправить ситуацию.
Я выхожу за дверь, даже не успев понять, что происходит. Я мчусь через свой клуб, VIP-зал все еще в полном ажиотаже, но я едва замечаю это, уверенный, что она не задержалась здесь. По крайней мере, лучше бы ей не задерживаться, особенно если учесть, что сегодня здесь такой, как Райатт Маркин, который, блядь, охотится на женщин.
Боже, терпеть не могу этого мудака. Этот ублюдок слишком нагло ведет себя с ней.
Добравшись до ступенек, я взлетаю по ним, перепрыгивая через две за раз, прежде чем оказываюсь на первом этаже и направляюсь ко входу. Схватившись за ручку, я дергаю ее, прежде чем ворваться в приемную и напугать Кейси до чертиков. Она визжит, и я бросаюсь к ней, мой взгляд широко раскрыт и безумен.
— Аспен проходила здесь?
Ее губы сжимаются в жесткую линию.
— Я действительно не понимаю, что ты нашел в этой девушке, — говорит она, и в ее глазах вспыхивает боль, которая только выводит меня из себя. — Ты действительно предложил ей полноценное членство? Ты же знаешь, что у нас есть список ожидания, верно? И даже не рассказывай мне о членском взносе. Я знаю, что она его не вносила, что совершенно несправедливо по отношению к другим нашим участникам.
