Илай:Твоя самонадеянность однажды приведет тебя к смерти.
Лэндон:Не тогда, когда твоя самонадеянность жива и процветает. А теперь, как бы я ни любил говорить всякую чушь, мне кое-что нужно.
Илай:Вопрос в том, нужно ли тебе это настолько, чтобы потерять свой козырь?
Лэндон:Да.
Илай:Приготовься проиграть гонку за звание лучшего внука Кинга.
Я игнорирую его. Илай думает, что у меня только один козырь, но после того, как я получу желаемое, он поймет, что Лэндона Кинга не сдвинуть с пьедестала даже руками другого Кинга.
Отправив ему инструкции о возможных доказательствах, которые могут сделать мою теорию реальностью, я еду в шахматный клуб."
"Я не жду, что Мия там появится, ведь она специально попросила меня не донимать ее, но попытаться не помешает.
Да. К сожалению, я настолько бесповоротно зациклился на маленькой музе, что живу одной лишь надеждой на то, что смогу ее увидеть.
Отчаянно? Абсо-блять-лютно.
Я паркую свой McLaren напротив входа и выхожу из машины, но тут меня встречает самая жалкая погода, какую только может предложить Англия.
Ветер бьет меня по лицу, и я закрываю глаза, чтобы уберечься от его натиска. Когда открываю их, то вижу не кого иного, как Мию, выходящую из своей машины.
Мои губы растягиваются в широкой улыбке.
Несмотря на ее периодическое нежелание, она тоже не может насытиться мной, и ее лицо светится всякий раз, когда мы встречаемся. Именно поэтому я догадывался, что она будет здесь…
Когда она приближается ко мне, ее черное тюлевое платье разлетается, а ленты развеваются на ветру.
Она медленно останавливается передо мной, ее глаза совсем не те.
Я скрещиваю руки, сохраняя улыбку – только теперь она гораздо более фальшивая.
— Я думал, мы не должны были встречаться, поскольку ты, видимо, до смерти боишься, что все члены твоей семьи узнают о нас. Передумала?
— Это и мой клуб, насколько я знаю, — показала она и задрала подбородок.
— И ты знала, что я приду.
Значит ли это, что ты скучаешь по мне?
— В твоих мечтах.
— Я буду считать, что ты не против, если Николай и остальные узнают о нашем очень тайном и очень интимном свидании.
Ее щеки пылают, а в глазах вспыхивает ярость, более неправильная, чем ванильный секс.
— Это неважно, поскольку мне это надоело, и я могу в любую секунду отправить тебя на тот свет. Более того, я сделаю это прямо сейчас.
— Я разочарован, — я издаю драматический вздох.
