Его обычно опасные губы сложены в нейтральную линию, и даже родинка под правым глазом, которая обычно выглядит угрожающе, теперь просто приветливый знак красоты.
— Что все это значит? — показываю я.
— Я же тебе сказал, — он взбалтывает красную жидкость в своем бокале с элегантностью повелителя демонов. — Свидание.
— Почему здесь, а не в ресторане?
— Ты находишь их утомительными и менее личными, поэтому я выбрал более интимный вариант, где ты сможешь отведать все свои любимые блюда.
Я говорила об этом несколько недель назад, а он до сих пор так хорошо это помнит.
Серьезно, я начинаю думать, что у него память как у слона.
В своих внутренних размышлениях я почти забыла, что смотрю на него. На что Лэндон широко улыбается с извращенным чувством удовлетворения.
Я прочищаю горло.
— Зачем ты приглашаешь меня на свидание? Ты же не веришь в нормальные отношения.
— Я не верю, но ты веришь.
— Но…
— Ты можешь перестать задавать бессмысленные вопросы и просто поесть? Посмотри, что я для тебя приготовил.
Мои губы раскрываются, и я делаю паузу, прежде чем взять ложку.
— Ты приготовил это?
— Конечно.
— Конечно? Почему ты говоришь это так, как будто это само собой разумеющееся? Ты никогда раньше не готовил.
— Как я уже много раз говорил, я быстро учусь. Приятного аппетита.
Я еще раз окидываю взглядом еду и делаю неуверенный глоток супа. Насыщенный вкус взрывается во рту, как домашняя еда. Не успела я опомниться, как тарелка опустела.
Перехожу к пасте, и она оказывается еще вкуснее, чем суп.
Ягненок просто бесподобен, но я решила не торопиться, отчасти потому, что уже почти наелась и хочу насладиться тем, что ем.
Внезапный ветерок ерошит мои волосы, и по обнаженным рукам пробегают мурашки. Почему-то кажется, что это ощущение не совсем связано с холодом. Я поднимаю взгляд, и еда застревает у меня в горле.
Лэндон, который, как я предполагала, тоже ест, не делает этого. Его внимание опасно сфокусировано на мне, голова лежит на кулаке, а свободной рукой он вертит бокал с вином.
Я с усилием проглатываю содержимое и медленно ставлю посуду на стол.
— Чего ты хочешь?
— Должен ли я чего-то хотеть? — отвечает он с тревожной беззаботностью.
— Ты всегда чего-то хочешь.
— Хм. Может быть, ты права, и я действительно чего-то хочу.
— Чего именно?
— Насытиться тобой, что я и делаю с большим успехом.
Жар поднимается в моей груди и образует узлы у основания живота.
