– А ну вставай! – прорычал хранитель.
– Зачем? – ответила я. – Убивай тут. Я так устала от тебя бегать.
Мне было хорошо. Спокойно и даже немного смешно, потому что у Ллойда забавно вытянулось лицо. А потом он схватил меня за плечи, чуть приподнял и потряс.
– Просыпайся! Просыпайся немедленно!
– Отстань, – я вяло дернула ногой.
Глаза закрывались. Лениво ворочались мысли. Сон или не сон? Хранитель что-то забормотал. Сквозь сомкнутые веки прорвалась яркая вспышка. Распахнув глаза, я удивленно воззрилась на застывший над головой полупрозрачный купол, по которому ползали красные и желтые разводы.
Все-таки сон…
– Ты совсем без мозгов?! – Ллойд присел рядом и стал водить вдоль моего тела ладонями. – Зачем ты полезла в горы в метель? Ты понимаешь, что могла умереть?! А если бы я тебя не нашел?"
"От его рук шло тепло, и я вдруг начала чувствовать тело. Заломило ноги. Сначала слегка, а потом все сильнее и сильнее. Ох, как больно! Нет, не сон. Ллойд действительно меня нашел.
А этот потолок над головой – магия, которой он защитил убогое убежище.
– Ничего бы не случилось, – буркнула я и попыталась отодвинуться от него, но не тут-то было.
Хранитель резко дернул меня за ногу, возвращая обратно.
– Не случилось?! Ты бы умерла, если бы я тебя не нашел!
– И что?
– И ничего! – Ллойд грубо содрал с меня сапожок, стянул носок, едва не порвав. – Ноги ледяные!
Обжигающие ладони легли на ступню, боль скрутила еще сильнее. Казалось, что сотни раскаленных игл вошли под кожу, дотянулись до кости и теперь одновременно вкручиваются внутрь.
– Вот именно! Ничего! Ничего бы не случилось! – С силой, которую от себя не ожидала, я лягнула хранителя и отползла от него настолько далеко, насколько это было возможно. – Зачем ты меня спас? Тебя кто-нибудь просил это делать?!
Вместе с болью накатило понимание: побег не простят. Все закончилось.
– А что? Не нужно было?
– Нет! Тебя никто не просил! Для чего все это? А? Зачем ты меня спас? Дай угадаю? Для того чтобы убить по правилам! Вынести приговор за то, что мой отец не внес свою долю контрибуции, и казнить у всех на виду в назидание! Справедливость восторжествует! – ядовито воскликнула я и, переведя дух, добавила.
– Когда-то ты мне сказал, что не испытываешь удовольствия от убийств, но, видимо, солгал. Тебе нравится мучить, нравится делать больно. Я заснула и умерла бы спокойно и безболезненно. Без твоего вмешательства. Но ты пришел.
