В-третьих, у отпрысков знатных семейств последний этап обучения назывался «выбросить из гнезда». Девушка или парень должны были без поддержки или с минимальной поддержкой родственников устроиться среди обычных людей. Часто наследников и наследниц отправляли в другой клан. Справятся – хорошо, нет – значит, не готовы для самостоятельной жизни.
Господин Ирв рассказывал, как у молодого врача в госпитале случайно увидел магическую татуировку, которая означала принадлежность к аристократии. Парень работал со всеми на равных, общался без снобизма, поэтому Асан был очень удивлен, когда узнал о его происхождении, а потом и о последнем этапе обучения.
Возможно, именно поэтому у горцев не было пропасти между знатными и незнатными людьми. Аристократы подчас специально одевались без изысков, желая таким образом подчеркнуть, что близки к народу. Неудивительно, что и общались они со всеми ровно вне зависимости от происхождения.
Как оказалось, горцы действительно не делали разницы между рожденными в браке детьми и незаконнорожденными.
Асан Ирв рассказывал об одной женщине, которая готовила для каменщиков. Оказалось, что неё было трое детей от трех разных отцов. Мужчины неженаты и жили далеко, но примерно раз в месяц каждый из них навещал своего ребенка, помогал по хозяйству, а если не мог этого сделать, присылал деньги. При этом к женщине относились с уважением и почтением, а детей баловали и привечали.
Служанка, которая, сидя в комнате, невольно слушала о традициях в Тасаре, охала и причитала о блуде и грешницах.
Господин Ирв так на неё глянул, что женщина замолчала и только после того, как занятие закончилось, пробурчала себе под нос:
– Понятно, почему герцог Люсинду к горцам не послал, если там такое бесчестье на каждом шагу…
Сомневаюсь, конечно, что все так и было. Радовало, что хотя бы тут отец не соврал. Может, мне действительно лучше будет в Тасаре? Муж и его родственники не станут хуже ко мне относиться, из-за того, что я родилась вне брака. Чем больше я об этом думала, тем больше уверенности обретала.
Если все так, как рассказывает господин Ирв, то в Тасаре я не пропаду.
Законы горцев суровы: за неподчинение приказу – смерть; за лжесвидетельство – смерть; за кража – отработка, если первое нарушение, за повторое – отрубают руку, за третье – смерть. И в таком духе весь остальной кодекс. Для аристократов не было никаких поблажек: их так же казнили за нарушение законов. Но зато в Тасаре почти не было преступности.
