– Пока она не окрепла, и ты не общаешься полноценно с фамильяром, но кое-что он способен тебе передать.
– Ты все-таки думаешь, что он стал моим фамильяром? Но ведь он не только что родился.
– Мы не знаем о том, на что способны арижи. У нас их очень мало. Может быть, кровь нужна была для того, чтобы разорвать привязку с кем-то еще? А может быть, в каких-то обстоятельствах они могут запечатлеться, будучи взрослыми? В любом случае, тебе надо постараться наладить с ним контакт. В следующий раз, как будешь медитировать, попробуй найти рядом сознание фамильяра и потянуться к нему.
– Попытаюсь…
Неужели, тот укус действительно привязал меня к арижу? Это было бы замечательно! Ох, я ж ведь сегодня так и не медитировала. И упражнения для расширения магических каналов не делала. Сейчас я уже еле стою на ногах, но завтра нужно первым делом выполнить все, что советовал лекарь.
– Жаль, конечно, что арижа нельзя будет сразу расспросить о том, как он попал в клетку, – посетовал Ллойд, когда зверек поел и доверчиво полез ко мне на руки.
– Почему?
– Общение с фамильярами наладить не так просто. Обычно на это уходит от года до нескольких лет. Так что записать показания пушистого узника быстро не получится.
– Тебе бы только допросы, бедный зверек так намучился, – сочувственно вздохнула я, гладя свалявшуюся шерстку. Надо обязательно помыть малыша. – Потом выясним, как он попал к этим живодерам. Не думаю, что он знает что-то важное.
В этот момент мы дошли до нашей спальни, муж отворил дверь и пропустил меня вперед.
– Почему нет? Он мог видеть что-то такое, что могло бы помочь нам понять, как твой отец обошел клятву. От зверя никто не будет таиться, – вслух размышлял он.
Потом вдруг напрягся и резко задвинул меня себе за спину. На его пальцах заклубился серый туман неизвестного мне заклинания.
– Что происходит? – испуганно спросила я.
– Тут распахнуто окно, а я его точно закрывал…
Ариж, которого я прижимала к себе, насмешливо фыркнул, спрыгнул на пол и безбоязненно продефилировал к окну, чуть приподнимая хвост.
Запрыгнул на подоконник, выполз наружу, цепляясь крепкими когтями за неровности стены, потом залез обратно, медленно поднял и опустил хвост, а затем ожидающе посмотрел на нас.
– Ну и что значит эта пантомима? – нахмурившись, спросил у меня Ллойд.
– Хм… кажется, это он открыл окошко. Ему нужно было в туалет, – перевела я.
– Это точно? – грозно спросил муж у малыша.
Зверек на него внимательно посмотрел, а потом кивнул. Ничего себе! Действительно кивнул.
