Результаты совета оказались ожидаемы: хранители пересмотрели статус заложников, теперь немедленная смерть в случае нарушения договора родственниками нам не грозила, но и полноценными, так сказать, гражданами мы не становились. Ллойд поручился за меня и уверил совет в том, что я готова помогать следствию. Мало того, пообещал взять под защиту Иржи и бабушку, чтобы исключить возможное давление на меня.
На этом разговор хранителей завершился, однако вслед за ним совещаться начали главы кланов.
Нужно было что-то делать с недовольством аристократов Велии. Новая война не была нужна никому, но герцог Ранский упорно её разжигал, если это, конечно, он. За ним мог стоять еще кто-то.
Переговоры зашли в тупик, потому что главы кланов не понимали мотивов моего отца. Ллойд считал, что герцог пытается отвлечь внимание от чего-то действительно важного.
– Сама ситуация, хоть и выглядит напряженной, я думаю, не выльется в новую войну, потому что перевес сил на нашей стороне.
Это твои соотечественники хорошо понимают, – заключил хранитель, сунул в рот кусок мяса и, прожевав, добавил. – Возможно, это еще одна попытка заставить нас «скостить» размеры выплат. Кстати, очень вкусно…
Ллойд умудрялся делиться новостями и одновременно есть то, что я приготовила на ужин. Оголодал бедняга. Но маги всегда, когда много колдуют, едят как не в себя. Опустошив еще одну тарелку жаркого, Ллойд довольно откинулся на кресле и внезапно спросил:
– Стана, ты хотела бы поговорить с отцом через переговорный артефакт?
– Нет! – вырвалось у меня, прежде чем я задумалась об этой перспективе.
– Точнее, если надо, то я, конечно, поговорю. Отвечу на его вопросы.
– Не знаю, надо это или нет. Я полагаю, что герцог уверен в том, что ты уже мертва. Мне не хочется развеивать его заблуждение, наоборот, думаю, надо сделать так, чтобы он окончательно в этом убедился, а потом посмотреть, что он задумал.
– Понятно. Но если все-таки надо, я поговорю с отцом.
– Как себя чувствуешь? – внимательно оглядывая меня, спросил Ллойд. – Нет ли кашля, боли в горле, жара?
Какое-то время я отвечала на вопросы хранителя, замечая, что он едва держит веки открытыми. Можно, наверное, было отложить разговор о магическом договоре на завтра, но мало ли что случится? Слов, чтобы начать разговор, никак не находилось.
Хотя ничего страшного в договоре не было, сейчас я понимала, что поступила глупо.
