Хранители соприкасаются с изнанкой человеческой души, с отвратительными её изъянами, болезнями и пороками. Это накладывает отпечаток. Опытный хранитель в каждом начинает видеть преступника, открывает вдруг неприятные стороны своих близких людей. Сразу влюбиться в кого-то для него становится невозможным. Слишком долго он взращивает в себе недоверие, слишком много видел, чтобы купиться на внешность.
– Все верно. Однако ты кое-что упускаешь, Ллойд, – с грустной улыбкой ответил тогда наставник. – Чем больше опыта у хранителя, тем лучше он чувствует души.
Мы годами оттачиваем интуицию, тренируемся отличать ложь от правды и, в конце концов, обретаем способность чувствовать то, что другим недоступно. И если уж кто-то и может влюбиться с первого взгляда, то это хранитель. Ведь он увидит не только внешность, но и душу. Именно так я полюбил мою Нели.
Когда Ллойд взглянул в глаза Станы, то понял, о чем говорил наставник в тот вечер. Он догадался, кто перед ним еще до того, как девушка представилась.
Дочь Ранского – очень подозрительного аристократишки. Герцог не понравился Ллойду сразу, как только появился в его поле зрения. Двуличный, подлый, себялюбивый человек, но не обделенный умом, хитростью и определенной харизмой. По меркам Ллойда, самый опасный тип людей.
Его Светлость сказал, что дочь, которую он им отдаст, – это плод внезапно вспыхнувшей любви между ним и женщиной из простого сословия. Он поведал слезливую историю о том, как потерял голову от страсти и заделал ребенка, хотя никогда не смог бы жениться на возлюбленной.
Только увидев Стану, Ллойд решил, что герцог, пожалуй, не соврал насчет «потерял голову». Если Станислава хоть немного похожа на свою мать, неудивительно, что даже такой негодяй, как герцог, растаял от её чар.
А теперь, похоже, настала очередь Ллойда терять голову. Удивительно, как у такого человека, как Ранский, смогла родиться и вырасти такая дочь? Правда, теперь выяснилось, что Станислава росла без отцовского присмотра и воспитания.
Конечно, с одной стороны, это огорчало, видно было, что девушке пришлось многое пережить, но с другой – Ллойд стыдливо радовался, что герцогское «воспитание» не повлияло на характер дочери и позволило ей стать такой, какая она есть.
Сейчас хранитель был счастлив, потому что Стана оказалась не замешана в махинациях своего отца. У Ллойда словно груз с плеч свалился, когда он услышал её рассказ и понял, что девушка не лжет.
