Неслыханная дерзость!"
"– На вашем месте, суним Горский, я бы уже вызывала поверенного и писала завещание. – Я все-таки освобождаю руку.
– Ты настолько уверена в себе?
– Абсолютно. Вы не в моем вкусе. Не выношу жадных до денег, расчетливых альфонсов…
Видение оборвалось, и, вернувшись в реальность, я обнаружила, что Влад проснулся и внимательно разглядывал меня. Стало ужасно неловко, что, не спрашивая разрешения, я своровала у него бесценный кусочек прошлого.
Он тихо вымолвил:
– Привет.
– Почему я в твоей кровати?
– Ты заявила, что твоя слишком жесткая.
– Почему ты не ушел на мою половину?
– Не захотел, твоя кровать действительно жесткая. И знаешь что?
Я изогнула брови, давая понять, что внимательно его слушаю. Казалось, Влад хотел узнать, что мне удалось увидеть в его воспоминаниях…
– От тебя ужасно пахнет, – сказал он.
– Да ты… – задохнулась я от возмущения и с такой проворностью скатилась с кровати, что шлепнулась на пол. В голове точно взорвалась магическая бомба с колючками.
– Ты в порядке? – в голосе Влада звучал смех.
– Типичная сволочь! – искренне выругалась я и, кое-как поднявшись, отчаянно шлепая босыми пятками по полу, прошагала в туалетную комнату. Шарахнула дверью с таким грохотом, что, вероятно, перебудила половину дома.
К моему огромному изумлению на подушке, подложив под щеку сложенные ладошки, в медной ванной сладко похрапывала Глэдис.
Глава 4
Найти Зигмунда Панфри
«…Вечеринка в честь возвращения наследницы получилась суматошная.
Ты помнишь ниму Побельскую? Она весьма точно заметила, что Вишневские выглядели так, будто у них в доме посреди вечеринки обнаружился труп, и они пытались скрыть его от гостей. С другой стороны, высшего класса от бывшей гувернантки ждать не приходилось. Или Ева служила дуэньей при наследнице? Кстати, об Анне. Она выглядит совсем неплохо для девицы, которую месяц назад почти похоронили, но ведет совершенно непозволительный образ жизни.
На прием она явилась под руки с двумя холостяками, Владиславом Горским и Кастаном Стоммой. Хотя, я должна признать, что, глядя на них, сама бы рискнула идеальным реноме. Они стали самым приятным моментом в той безвкусной вечеринке. Впрочем, приглашения из бархатистой бумаги и крекеры с креветочным паштетом оказались весьма неплохи…»
Из письма неизвестной сплетницы к ее подруге, желавшей узнать подробности приема, прошедшего в доме Вишневских.
