От необходимости огрызаться меня освободила ее помощница, со скромным видом вошедшая в столовую. Она пришла с опозданием и перевела на себя огонь теткиного негодования.
– Пруденс, мы ужинаем в восемь, неужели сложно запомнить?
Я впервые услышала ее имя.
– Извините, – произнесла она, обведя домашних смелым взглядом. Мне бы тоже было совершенно не жаль опоздать на часовую пытку едой. Компании Вишневских я бы предпочла тихий вечер с Глэдис на втором этаже, но сегодня у меня имелась важная миссия, а один из главных героев, как назло, еще не вернулся из города.
Влад опоздал почти на полчаса. Он вошел в столовую, энергичный и стремительный.
– Прошу прощения за опоздание, – произнес он и вдруг поцеловал меня в макушку. И от того самого места, где губы легонько, почти невесомо коснулись моих волос, через все тело точно прошел разряд.
Язычки пламени от магических светильников в форме свечей вытянулись острыми пиками. У Глэдис тоже вытянулось лицо, и она одним махом опрокинула в себя полбокала вина, словно по скорости опьянения пыталась поспорить с дядюшкой Уилбортом.
– Кстати, дорогая кузина, сегодня весь город гудит о вашем уединенном свидании с Его Высочеством. – Эрик бросил злорадный взгляд на моего псевдожениха, отчего становилось ясно, что кузен говорил исключительно для его ушей.
– Наше уединение в портняжной лавке разделили Глэдис и еще пара десятков придворных, – хмыкнула я.
– А твой жених в курсе, что ты едва не стала Принцессой Алмерийской? – с милой улыбкой уточнил подлец.
Я бы не удивилась, если бы Влад, виртуозно умевший пользоваться избирательным слухом, пропустил замечание, но неожиданно он напрягся, как если бы новость о моем неслучившемся замужестве по-настоящему его задела. Абсурд, но я вдруг почувствовала себя виноватой перед нареченным по контракту.
– Да, и я отказала Его Высочеству. Странно, что он вообще со мной заговорил. Кстати, он просил выслать приглашение на прием по случаю моего возращения.
– Паршивец, все равно ведь не придет, а приглашения теперь придется дороже покупать! – буркнула Кло и добавила сквозь зубы: – И креветки для паштета.
"
"– Какой нормальный человек любит креветочный паштет? – промямлил Уилборт.
– Вот и я всегда утверждала, что принц у нас ненормальный! – фыркнула тетка недовольно и с таким остервенением воткнула в кусок мяса вилку, что мигом становилась понятна вся степень ее отчаяния то ли из-за незапланированной траты, то ли из-за невыносимости Его Высочества.
