– Что происходит? – с удивлением спросила я, оглядывая разруху.
Лучший друг поднялся из-за стола.
– Я отправляю вещи в Гнездич.
– Решил переехать?
Он кивнул и указал на заваленный диван:
– Присаживайся?
Не успел он предложить, как на пол плавно соскользнуло несколько папок.
– Я сяду на стул, – тут же предложила я, устраиваясь на единственном свободном месте для визитеров.
– Извини, что не смог заглянуть в особняк, как видишь… – Он обвел рукой фактически разгромленный кабинет.
– Мне полезно сбежать из дома, – призналась я.
– Иногда мне кажется, что я задыхаюсь в его стенах.
– Сегодня днем ко мне пришло странное письмо от сунима Горского, – объявил Кастан. – Он прислал официальный отказ от исполнения контракта и скрепил письмо личной магической печатью. Что случилось?
– Мы решили, что недостаточно хорошо подумали прежде, чем заговорили о брачном обряде, но нас связывал контракт. – Я надеялась, что выглядела столь же небрежной, как и мой тон. – Теперь он разорван без взаимных претензий сторон…
– Ты в порядке? – перебил меня Кастан.
– Я в полном порядке, – солгала я. – Клянусь, я больше не собираюсь топиться и даже не написала в блокнот ни одного слова.
Врушка! С самого утра в своем блокноте сто раз я вывела имя Влад, еще пятьдесят «прощаю» и один раз «скучаю». Очевидно, что суним Горский действовал на меня разрушающе, даже словарный запас в последние недели заметно оскудел.
– Зачем ты хотел меня видеть? – решительно закрыла я тему Влада.
– Ты просила узнать, не случалось ли в доме каких-нибудь скандалов, так вот, я кое-что выяснил.
– Кастан вытащил из ящика письменного стола какие-то бумаги. – Сегодня я получил письмо от старого слуги, но не стал передавать его в особняк, потому что Клотильда читает абсолютно все письма, которые приходят в дом.
Видимо, у меня вытянулось лицо, и судебный заступник удивленно изогнул брови:
– Ты не знала? Она обладает очень странным даром узнавать о содержимом закрытого конверта, просто к нему прикоснувшись.
– У Кло есть дар? – изумилась я.
– Как ты узнал?
– Случайно ее застал за… Как вы это называете? Ворожбой? С тех пор она меня страшно не любит.
– Мне казалось, что тетка вообще мало кого любит, – фыркнула я, забирая письмо.
– Но меня особенно.
Вскрыв конверт, я вытащила худенькое послание на двух небольших листах. Чтение заняло немного времени. Старый слуга описывал совершенно банальную историю о том, что мой отец сходил налево, и в доме поднялся страшный скандал. Я почувствовала разочарование.
