Я волен сам принимать решения, уважаемая нима! – Визитер поправил пиджак. – Вы надумали, сколько будете заказывать?
– Чего? – моргнула я.
– Колбасы.
– Зачем?
– А разве ж вы не собираетесь устраивать прием? – растерялся колбасник.
– Какой еще прием? – окончательно запуталась я.
– После обряда венчания.
– Вы были на завтраке с принцем сегодня утром?! – изумилась я.
– Святые Угодники с вами! – испугался торговец. – Я колбаски кровяные коптил. Знаете, их обязательно надо коптить на вишневых веточках…"
"– Тогда откуда вы знаете об обряде венчания, если еще час назад, я вообще, замуж не собиралась? – перебила я.
– Так ведь у нас маленький городок, а я хотел быть первым… – развел он руками.
Повисла долгая пауза. Я пригляделась к дородному гостю, в многозначительном молчании ожидавшему заказа, глянула на Пруденс, с глупой улыбкой заглядывающую под платок на корзине, словно мальчишка-малолетка – под короткий подол платья на соседской подружке, и ощущала себя в пансионате для душевнобольных, разве что санитаров не хватало.
– Что скажете, нима? – не вытерпел колбасник пытки ожиданием.
– Вон!
– А?
– И колбасу свою прихватите!
– Но какой прием без моей колбасы? – возмутился он. – В нашей долине без колбасы свадьбы не проводят, а у меня она лучшая в городе, достойная принцессы!
– Вот пусть принцесса вашу колбасу и хрумкает, а у меня изжога от копченостей, – процедила я сквозь зубы, направляясь к Пруденс. Выхватила из ее рук корзину, оказавшуюся тяжелее, чем могло показаться со стороны, и пихнула торговцу.
– Прощайте, суним!
– Но…
– Иначе вызову стражей, – пообещала я сквозь зубы. – Я достаточно надышалась колбасой, чтобы позвать охрану!
Торговец поспешно убрался в коридор.
– Что это было? – спросила я, обращаясь к помощнице, и та недоуменно замотала головой. Впрочем, вопрос являлся риторическим и ответов не требовал.
Вдруг дверь едва слышно приоткрылась, и в щелке появилась сытая физиономия колбасника. Со смущенной улыбкой он засунул в номер корзину и пристроил ее рядом с порогом.
– Пусть останется, – прошептал он, тихонечко закрывая дверь, но не прошло и секунды, как он снова появился перед нами, положил поверх платка личную карточку и пояснил: – Чтобы знали, с кем связываться.
И только после этого исчез окончательно, а наш номер, прежде пахнувший цветами и комнатными благовониями, напитался ядреным запахом копченостей, способным вызывать бурное слюноотделение даже у тех, кто испытывал отвращение к колбасе.
