Думаете, после всего происходящего мы дадим вам так легко уйти?
— Веник!!! — заревел я. — Огнём в меня!!! Со всей мощи!!!
Ну правда, не пропадать же эффекту «Воли Святогора» почём зря?
Глава 6
Верный слуга ПЕВГа колебался лишь пару секунд. А затем вдарил по мне огненным вихрем с такой яростью, будто бы я у него жену увёл.
Старик всю свою мощь вложил!
А нам только это и нужно было! Я уже накачал Фаю до предела своей энергией. Она подчинила пламя Вениамина и смешала его со своим.
А затем переправила в спины улетающим огнежорам.
Все пятеро замерли в воздухе, пытаясь не то защититься, не то поглотить атаку драконихи.
У них получилось и то и другое.
Как будто бы получилось…"
"Едва пламя Вениамина и Фаи исчезло, люди-факелы начали корчиться в агонии. Драконий огонь будто бы раздирал их изнутри.
Старик Вениамин уже валялся без чувств, а я понимал, что и сам уже на пределе. Но одну атаку у меня должно было хватить сил, благо я успел зажевать волшебные чипсы, и часть энергии из Метки потратил на сиюминутное восстановление.
Я сменил меч на чёрную бейсбольную биту — палицу с эффектом гравитации, и взмахнул ей, выпуская всю скопленную энергию. На сей раз я скопировал и размножил не «разрез» меча, а гравитационный импульс и применил его под правильным углом, относительно каждой цели.
Пять туш, получивших мощный невидимый удар, с оглушительным грохотом прилетели с небес к нам под ноги. Здание вновь затряслось, но я уже не боялся разрушений — я отчётливо чувствовал приближение знакомой, десятикратно усиленной энергии.
— КОМАНДИР!!! ЧЗХ?! КОМУ ЖОПУ ПОРВАТЬ? — влетел на разгромленный этаж Батуми. Видок он имел презабавнейший — кожа местами красная со вздутыми венами, а местами укрыта доспехом из камня, который, судя по напитке его энергией, ни всякий Богоподобный пробить сможет. На голове Батуми был шлем из камня, выглядящий как шлемы футбольных болельщиков — такой с двумя вставками по бокам для бутылок с пивом. Правда, у Батуми этих вставок было штук десять — вокруг всей лысой черепушки.
И хранилось в них не пиво (его на светском мероприятии не подавали), а бутылки с дорогущим вином.
— Спасал самое ценное? — глядя на это, хмыкнул я и «приласкал» своего военачальника Семейным Даром, чтобы он немного успокоился.
— Конечно! — рявкнул он, но уже не так громко, и принялся яростно докладывать: — Картина с изображением госпожи в целости и сохранности. Бойцы тоже. Здание укрепил как мог, чтобы люди эвакуировались.
