Интересно, как нас называют? «Русские мясники»? А первые полосы газет? «Чудовищное по своей сути преступление русских диверсантов на параде СС»? «Подлое ранение фюрера»? Да уж, хотелось бы посмотреть на заголовки газет, жаль, в этом городке мы их вряд ли купим. Если и доставят свежую прессу из Берлина, тут всего километров двадцать до столицы Третьего рейха, то мы уже будем далеко. Я так думаю.
А сейчас у нас рекогносцировка, и лётные пайки для этого пригодятся. Вроде взятки. Да и мы не зря же были в форме лётного состава люфтваффе.
Так что, поправив сползающие на нос очки, я продолжил идти следом за Ватутиным к крайним домам. Со стороны дороги за нами явно наблюдали, там пост был организован, но пока никого навстречу не высылали, ждали, когда сами подойдём. Тут к городку незаметно не подойти было. Можно, конечно, попытаться взять сильно правее, там неглубокий овражек имелся, скорее даже распадок, но идти всё время пригибаясь, да ещё с возможностью попасться на глаза местным жителям, это не совсем то, что бы хотелось.
Тут Ватутин захромал, и я сразу же зашептал ему в спину:
– Убедительнее, ногой для виду потряси на весу… О, молодец."
"Мы продолжали играть офицера и его ординарца, нужно ясно было показать, что мы немцы, странные, откуда взялись, непонятно, но немцы. Так что, подбежав, я поставил коробку на попа, чтобы Ватутин на неё сел, и, по-холуйски пригибаясь, засуетился у сапога, стягивая его. Когда стянул, стал выбивать и сунул руку внутрь сапога, якобы искал камешек, что вроде как мешал идти начальству, после чего демонстративно потряс, голенищем вниз, и стал помогать надевать сапог обратно.
Когда я закончил, то снова подхватил коробку и засеменил за своим бойцом. Изображал тот офицера вполне натурально, в последнее время с богатой практикой я всё меньше и меньше замечал косяков в его поведении.
Проверка была, у нас проверили документы, изумившись тому, откуда мы прибыли, с Восточного фронта, аж из самой Украины, вот Ватутин и осведомился:
– Нас даже в известность не поставили.
Приказали собрать все «шторьхи» и перегнать их к Берлину. У нас на фронтовом аэродроме их три было, вот все с тремя посадками для дозаправки и перегнали. Всю ночь летели. Две машины ушли на тыловой аэродром, а у нас поломка случилась, на фермерское поле сели, там наш пилот ремонтируется. Говорит, вскоре справиться должен, к вечеру точно, а я решил своим ходом до тылового аэродрома добраться, где находятся остальные мои самолёты.