Из обычной семьи, такой, в какой ты жил раньше, пока я не вложился в твою фирму и не нанял хорошего антикризисника. Давай ты заберёшь вот это все и вы с мамой просто уедете. Ты ещё и перед ней успел Владу очернить.
— Ну конечно, неопытная. И чистая как девственный снег, да? А вот это ты видел? — у отца руки дрожат от напряжения, он начинает рыться в бумагах, на лбу у него выступил пот и появились глубокие складки, губы плотно сжаты.
— Отец, что бы ты ни сказал, я тебе не верю и свидетельствам твоим лживым — тоже, зачем ты этот цирк устроил? Почему ты всегда топишь любые мои начинания?
— Вот! Операция по гименопластике! Да ты проверь! Там точно ее фамилия стоит! Она специально, чтобы предстать перед тобой белой и пушистой, восстановила девственность, чтобы в доверие к тебе пробраться! И в кошелёк залезть! Попомни мои слова, она потом ещё и от тебя один аборт сделает и пойдёт других дурачков цеплять, когда ты сорвёшься! И вы, конечно же, познакомились совершенно случайно, и ей, конечно же, понадобилась твоя помощь, да?! И в совершенно неожиданном месте! Так знай, сын! Это все расписано было до последнего шага! До последнего слова! Продумано до мелочей! Есть такие услуги! Богатеньких олухов иметь, как ты, например!
Я замер, вглядываясь в лицо отца и не веря в то, что слышу.
Это ж надо было так постараться, чтобы очернить неугодную ему девушку…
— Отец. Не лезь в мою жизнь. Забирай это все, и пошёл вон отсюда. Я долго терпел твою грубость, но с меня достаточно. Не сын я тебе больше. Я всю жизнь пытался выше головы прыгнуть, чтобы ты мной гордился, но всегда приходилось дерьмом давиться, потому что ты меня каждый раз носом туда тыкал.
Ты свои желания всегда выше моих ставил. Ты эгоист хренов. Как мать с тобой живет — не понимаю. Я давно бы уже ушёл из такой семьи, где все держится на соплях. Выметайся из моего дома. Мог хотя бы мать с собой не привозить. Но в тебе ничего святого не осталось. И это ты за деньги любого сожрать готов! А Влада не такая! НЕ ТАКАЯ, ЯСНО?!
Сдержанность и напускное безразличие дают трещину.
И я неосознанно срываюсь на крик.
— Сын. Да ты глаза-то открой и посмотри, что со змеей спишь, — только сейчас я понимаю, что разочарование в отце достигло предела. Это просто последняя капля. — Ну хорошо, нравится она в постели, отлично, продолжай, но это ведь не повод в семью такую тащить и женой своей делать. Это когда-нибудь все всплывет. И тебя не я топлю, а ты сам себя топишь."
"— Ты сам это придумал, или подсказал кто?
— Хорошо.
