Витя договорился, чтобы мне разрешили держать его у себя, но не злоупотреблять.
Пишу оперу сообщение:
«Готов поговорить»
«Хорошо. Я приеду через два часа. Привезти что-то?» — отвечает.
«Настю и Яна» — грустный смайл.
«Мы вытащим их, Яр. Это уже дело принципа, взять сволочь за задницу. Все. Жди»
Жду. Что мне еще делать? Даже отвлечь себя нечем.
Переживаю осмотр. Сказали, если до вечера показания будут такие же и анализы придут нормальные, меня все же переведут в палату и можно будет поесть немного горячего бульона.
— Это не значит, что я отменяю постельный режим, — напоминает врач. — Мы вас стабилизировали. Не будете выполнять все предписания, снова окажетесь у нас и не факт, что мы поможем. Хотите помочь семье, слушайте лечащего врача. Вас быстрее поставят на ноги.
— Спасибо, — жму ему руку.
Все ушли. Я снова любуюсь потолком, стенами, дверью. Звуки техники, окружающей меня, больше не раздражают. Даже наоборот, радуют. В полной тишине я бы свихнулся.
Витя задерживается. Он у начальства на ковре, выбивает для нашего дела какие-то бумаги.
Без конца щелкаю кнопкой телефона включая — выключая экран. Минута… две…пять… Серьезно?! Почему не час?!
«Еду» — приходит сообщение.
Через двадцать минут заходит с довольной рожей и кожаной папкой на замке.
— Я думал, такими уже никто не пользуется, — жму его руку.
— Почему? Удобно и в машине возить, и в руках таскать. Мне дали разрешение на поднятие из архива дела о гибели Карима Салаева, — сообщает он.
— О как! — взлетают вверх мои брови.
— Ты знал, что по нему велось расследование? Бабушка Салаевых настаивала на том, что Карим погиб неслучайно. Отказать в возбуждении дела оснований не было, но и расследовать сильно не стали.
— Бабушка… — повторяю за ним. — А там была еще и бабушка?
— Да. Она с детьми и внуками не живет. Мать семейства настояла на том, чтобы свекровь жила отдельно. Они не ладили. Чтобы избежать конфликтов, старший Салаев согласился отселить мать. Не смотри так на меня. Это есть в показаниях.
— Ты думаешь, это Самир убил брата? — захлопываю челюсть клацнув зубами.
"
"— Нет. Но я думаю, что он знает или связан с теми, кто это сделал. На документах стоят подписи человека, которого убрали с поста за коррупцию. Сняли его через пару месяцев после закрытия этого дела. У нас такое не любят внутри системы, кто бы там что не думал. И карают «своих» всегда жестко. Так что никто не будет против, если мы немного в этом грязном белье покопаемся. Может найдем что интересное.
