А Карина ничего, помялась пару минут и спросила, можно ли называть меня Лёней.
Мне было даже прикольно. А теперь бесит. Как и ее идеальность в глазах других, бурная деятельность, три успешных бизнеса, сотня проектов и миллион упоминаний в прессе. Иногда казалось, что это не Карина вышла замуж за Казанского, а мне повезло жениться на Ким.
Она даже фамилию мою не взяла! И тут выпендрилась! И про других жен нашего ведомства главный не знает. А о моей в курсе. И сейчас очень популярно объяснил мне, что в нашей ""профессии"" семьи не распадаются.
Либо живут тихо и счастливо, либо...
- Расходятся с миром?
- Умирают в один день. - Улыбаетчя этот хрен. - Но и ваш вариант меня бы устроил, главное, чтобы все тихо и без скандалов.
Домой я возвращаюсь злой до предела. Думаю только о том, как увижу Лену, как она обнимет меня руками, повиснет на шее, смешно шаркая ногами по паркетному полу. Я поэтому и квартиру нам снял в старом фонде. Там был тот самый паркет, по которому так осторожно летали ножки Леночки.
Она так радовалась старой несуразной трешке, даже не нашей, что я уже предвкушаю, что будет, когда я куплю Лене ее квартиру. А лучше сразу дом!
Но для начала нужно тихо и безболезненно развести с Кариной и оформить отношение с Леной.
Так я думал, пока пытался открыть дверь своим ключом. На стук Лена не откликалась, наверное заснула после работы.
Дома оказалось удивительно пусто. Также как было при нашем с ней заселении. И хоть на стене висели Ленины фото, а на полках стояли ее вещи, стоило ей самой выйти из квартиры, как та тутже сиротела.
Я как-то сразу понял, что Лена не вернется. И что случилось плохое.
Мне редко бывает страшно, но в ту минуту я ощутил острый, нечеловеческий ужас!
Расстряние от нашей съемной квартиры до Лениной, доставшейся ей от бабушки я преодолеваю за 15 минут, хотя клянусь, в другие дни дорога занимала не меньше получаса.
От этой двери у меня тоже есть ключ. Маленький и неприметный он висит на общей связке.
Открываю, врываюсь внутрь, хотя уже с первого вздоха понимаю - она здесь.
Все тут пахнет по-другому. Леной.
Она лежит на кровати, закрыв лицо руками. Я убираю ее холодные ладошки в сторону и вижу как по щекам бегут тонкие струйки слез.
- Кто обидел мою девочку? - Целую ее закрытые глаза. Мокрые ресницы дрожат от прикосновений моих губ.
- Жизнь, - усмехается Лена.
Лена никогда не жаловалась. Распространанная черта брошенных детей - всегда решать свои проблемы без взрослых.
