Ведь с таких горних высей могут глядеть на землю тварную лишь ангелы Господни и сам Вседержитель…
Глава 13
Ширк-ширк-ширк.
Глядя на то, как тонкие руки сноровисто орудуют пестиком, разбивая-растирая куски сухой белой глины в мелкую пыль, царский аптекарь Клаузенд одобрительно покивал и задумался — спросить ему сейчас, чем именно занят его ученик, или немного обождать?.. Выбрав второе (ему тоже не нравилось, когда лезли с расспросами во время работы), Аренд вернулся к сортировке недавно доставленного из Риги (вернее, через ее порт) груза лекарственных трав и минералов, время от времени искоса поглядывая на царевича Димитрия.
Просто удивительно, сколь сильно сей царственный отрок оказался одарен к трудной и чрезвычайно сложной науке алхимии, а также и ее ветви — фармацевтике! То, что он учил восемь долгих лет, заучивая наизусть каждую лекцию в университете, каждый трактат, царевич впитал в себя всего за год с небольшим. И пусть десятилетний мальчик пока не очень уверенно определял часть редких ингредиентов животного происхождения (вроде печени лягушки или сушеных вороньих жил) и время от времени путал некоторые последовательности действий при варке особо сложных микстур, ему уже сейчас можно было смело давать звание подмастерья.
А когда наберется должного опыта и постигнет последние тонкости преподаваемой ему науки…
— Господине Клаузенд, нас до тебя не пускают!..
— А ну тихо! Разорался тут, ирод царя небесного."
"Приоткрытая дверь окончательно распахнулась, пропуская внутрь аптекарской избы дворцового стража, затем еще одного, и только после этого показалась продувная рожа приказного дьячка.
Честно говоря, голландец по сию пору удивлялся, как можно доверять денежные дела людям, у которых прямо на лице написано (причем крупными буквами), что они безбожно воруют.
— Еще два тюка доставили и короб. Большой!
— Так давай их сюда.
— Так не пускают же!..
Десятник постельничей стражи страдальчески поморщился, затем махнул своим подчиненным.
Те, в свою очередь отпихнув от драгоценного груза мнущихся носильщиков, сами подхватили и занесли его внутрь.
— Сюда. Ты ослеп?! Осторожно!!! Так, все, идите прочь, идите!..
Полный самых дурных предчувствий, аптекарь с хрустом вскрыл короб, едва ли не с головой нырнув в его темные глубины, а спустя примерно полчаса, сияя довольной улыбкой, распрямился и облегченно вздохнул — все цело.
