Молодая самка лежала чуть в стороне, на разложенном тряпье. Кто-то положил ей на глаза влажную тряпку. К ней на четвереньках уже подполз самец и, задрав лохмотья несчастной, стал нюхать ее бедра. «Наденька» капризно замычала, дернув ногой, и самец убрался, недовольно ворча.
— Господи… — сквозь слезы выдохнула Рита и подбежала к несчастной. — Привет, милая. Это я.
«Наденька» слегка улыбнулась, узнав голос, и нащупав рукой ладонь Риты, крепко в нее вцепилась.
— Бедная моя… — женщина осторожно убрала с ее глаз грязную тряпку и достала из аптечки чистый бинт.
Смочила водой из фляги и аккуратно обтерла лицо «Наденьки». Затем деликатно осмотрела ее воспаленные глаза. — Ты скоро поправишься. Все будет в порядке. У тебя всего лишь временная слепота.
Рита положила ей на глаза чистый влажный бинт и погладила по щеке.
— Все будет хорошо…
— Как же все это ужасно! — послышался позади тихий голос Баграмяна. — Неужели и наши дети и внуки… Тоже…
Рита обернулась.
— Тигранчик.
Миленький. Мы должны помочь этим несчастным. Их надо спасти.
Тигран вздохнул, оглядывая шевелящуюся массу. Затем присел на корточки.
— Рита, скажи, что именно мы можем сделать? Мы уже одним своим присутствием здесь угрожаем их жизни.
— Почему? Как?
— Подумай сама, родная. Этот мир был в изоляции почти столетие. И тут пришли мы, со своими микробами. Они все могут умереть только оттого, что кто-то из нас чихнет. Мы можем отдать им свою еду, но они отравятся, поскольку их желудки не знают ничего, что едим мы.
Мы можем увести их в какое-нибудь наше убежище, и они там ослепнут от яркого света и умрут от другой влажности или первого же сквозняка. Ты имеешь право ненавидеть меня за эти слова. Я сам рвусь на части от бессилия, глядя на этих бедолаг. Но я не вижу никакого выхода для них, ничего, что мы можем предложить. Это единственная известная им жизнь. Захотят ли они другую? Но нам важно запомнить этот урок. Нам надо во что бы то ни стало не допустить, чтобы наши дети и внуки стали такими же.
Единственное, наверное, что мы можем сделать для этих бедных… людей, это постараться избавить их от виртов. От их генетического, инстинктивного страха перед виртами. Сделать их свободными. И уйти. Непременно уйти и больше не беспокоить их…
— Но… Но как же… Тигран… Как же Наденька?.. — Рита вдруг не выдержала и зарыдала, бросившись в объятия своего спутника. — Господи, что же мы наделали-то?!..
