Делал он это особенно тщательно, не как обычно, небрежной отмашкой. Крот старательно выводил стрелку и цифру. Казалось, это помогает ему упорядочить потоки мыслей и тревог в голове. Загорский с головой окунулся в свою стихию, и теперь все тревоги и горести отошли на второй план. А еще он сейчас давил этим белым мелком странный страх пред жутким бледным ликом, что преследовал его последнее время.
— Погодите, но ведь мы натыкались только на тупики, глухие стены и дорогу назад. Здесь замкнутый лабиринт, и возможно только повернуть обратно, на поверхность, — возразила Рита.
— Если моя догадка верна, то это не совсем так, — мотнул головой Загорский.
— Что за догадка?
— Позже, — проворчал он и, отойдя на две трети света луча фонаря, сделал новую пометку на стене.
После введения в их изыскания такого тривиального приема, как оставление мелом следов, буквально через тридцать минут прогулок по лабиринту коридоров и небольших помещений, наполненных остатками укупорки боеприпасов и местами обвалившихся кусков потолка, все лишние ходы были отброшены.
Впереди находился последний коридор, и луч фонаря дотягивался до его тупика. Было видно, что никаких ответвлений там нет. Следовательно, нет никакой иной дороги, кроме обратной, на поверхность и в город?
Александр внимательно осмотрел стены последнего тупикового коридора. Они были кирпичными на десять метров вперед, а дальше начинался бетон. Стык разных материалов коридора имел щель в несколько сантиметров шириной и такой же глубины.
Щель была и на стенах, и на полу, и на потолке.
— Я такое уже видел, — прошептал Загорский и осторожно двинулся дальше. Ему казалось, что он знал, на что сейчас наткнется, и оказался прав. Странный бетонный овал в бетонном же полу, имеющий тонкую стальную кайму и занимавший практически всю ширину коридора, напомнил ему о Егоре Хрусталеве.
— Стойте. Вот оно!
— Что это? — Баграмян хмуро взглянул на этот овал.
— Что-то типа ловушки. Наступивший провалится в колодец, а этот участок пола повернется на сто восемьдесят градусов.
Из-за этого сработает скрытый механизм, и коридор позади нас перекроется стеной, а стена впереди — откроется.
— Я что-то не видел сзади никаких дверей, которые могут нас отрезать.
— Вон тот круговой паз, где кончается кирпич и начинается бетон. Там должна опуститься ставня.
— Ты уверен?
— Да. Я уже сталкивался с таким.
— А уверен, что механизм после стольких лет сработает?
— Уверенность тут ни к чему. Сейчас проверим.
