Приглашённые кардиналы наверняка подумают, что растерянный Сантьяга хватается за соломинку и будет готов на всё, чтобы подкрепить свои позиции союзом с масанами… Точнее – уже подумали. И понимание этого сделает кровососов наглыми. В лучшем случае они завысят свои притязания, в худшем…
– Они попытаются выкрутить тебе руки, – произнёс князь.
– Нет, – качнул головой Сантьяга.
– Нет?
– Нет.
Повелитель Нави замолчал, обдумывая неожиданный ответ комиссара, а через несколько секунд продолжил:
– Масанов много.
Они сильны, неимоверно агрессивны…
– И ненавидят Тайный Город, – добавил Сантьяга.
– В основном – Тёмный Двор.
– Весь Тайный Город, – не согласился с владыкой комиссар. – Лучшие маги Крови неспособны сравниться с классическими колдунами, и это их бесит. Второй момент заключается в том, что кровь жителей Тайного Города – кроме навской, разумеется, – для масанов большой деликатес.
– Что ты собираешься делать?
– Я планирую выбить у Ярги этого союзника, – ответил Сантьяга таким тоном, будто только что не рассказывал повелителю о ненависти, которую масаны испытывают к подданным Великих Домов.
– Каким образом?
– Договориться.
– Тебе нечего им предложить.
– Я обращусь к их разуму и постараюсь объяснить, что наша концепция мирного сосуществования гораздо перспективнее предлагаемой Яргой войны.
– Все государства, которые призывали к миру, уже пали.
– Не все, но я понимаю, о чём вы говорите.
– Ты… ты их провоцируешь, – догадался князь. – Зачем?
– Как вы правильно заметили: мне нечего предложить непримиримым, – ответил Сантьяга. – Я могу лишь апеллировать к их разуму.
– Не хочешь говорить?
Комиссар тонко улыбнулся, пошевелил пальцами, словно пробуя подготовленные слова на ощупь, и негромко произнёс:
– Вы всё прекрасно понимаете, князь: масаны всегда были проблемой, но с появлением Ярги они стали очень большой проблемой.
Я обязан её решить тем или иным способом. Но при этом я должен думать о чувствах верных нам вампиров… Ведь я хочу приобрести новых союзников, а не потерять старых.
– Они тебя не послушают, – буркнул владыка. – Непримиримые захотят воспользоваться твоей слабостью и попытаются тебя убить.
– Надеюсь, – вновь улыбнулся Сантьяга.
И в его чёрных глазах запылал весёлый, но очень холодный огонёк.
