– Интернет – зло!
– Давайте сожжём «ЭлектроБарыгу»! – предложил Утюг.
– Как ты его сожжёшь, если его нет? – резонно спросил Штекер. – От него только деньги есть.
– А деньги поделим, – ощерился Утюг.
– Делить ничего не будем, – строго произнёс Урбек, со значением глядя на близнецов и побелевшего от растерянности Кувалду. – Давайте лучше начнём мирную политическую акцию.
На этих словах хваны одновременно положили верхние конечности на автоматы.
Народ замер.
* * *Москва, Ростокинский проезд,
3 июля, воскресенье, 17:51
– Егор, мне срочно нужен этот чел, – произнёс Сдемир, бросив быстрый взгляд на наручные часы.
– Ты обещал…
– Барон, прошу вас, оцените обстановку, – попросил Бесяев, изо всех сил стараясь быть вежливым. – В городе готовится крупнейшая в этом году политическая акция, челы высыпали на улицы…
– Я видел.
– …видеокамеры фиксируют огромные толпы, десятки тысяч лиц, и среди них – множество тех, кто похож на вашу, будем откровенны, весьма посредственную фотографию. Я мог бы пересылать вам все получаемые отклики, но вы утонете в их проверке.
Поэтому я приказал ждать хотя бы восьмидесятипроцентного совпадения…
– Я вас понял, Егор, спасибо, – перебил Бесяева барон. – Я жду.
– Можете на меня положиться.
Сдемир отключил телефон и пробормотал:
– Надеюсь…
И вернулся к машине, за рулём которой его терпеливо дожидался старый штаб-сотник Лобан – самый верный, самый надежный солдат дружины домена, служивший ещё отцу юноши. Пока Сдемир говорил по телефону, Лобан следил за дорогой, тщательно разглядывая – в том числе и через «различитель» – каждую проезжающую машину, и, когда молодой люд приблизился, доложил:
– Нужного грузовика не было.
– Опаздывают…
– Вы уверены, что они приедут?
– Безусловно.
Лобан знал о Сдемире много, но не всё, например о своём договоре с Яргой молодой барон старику не рассказал, и потому штаб-сотник полагал, что сейчас они исполняют приказ Всеведы. Именно поэтому Сдемир назначил встречу на Ростокинском проезде, совсем недалеко от Лосиного острова: Лобан подумает, что груз прибыл из дворца, а масаны решат, что груз направится во дворец.
И он, никого не обманывая, но не говоря всей правды, добьётся того, что все помощники будут иметь неправильное мнение о происходящем.
Но масаны отчего-то не торопились, задерживаясь уже на целых полчаса.
– Я звонил три раза, – ответил Сдемир на вопросительный взгляд штаб-сотника. – Никто не берёт трубку.
– Разве это не подозрительно? – мрачно спросил старик.
