Она могла обратиться в кого угодно: в развратную куртизанку и в наивную деревенскую девочку, она могла взглядом заставить его снять штаны, а в следующий миг изобразить абсолютную невинность. Она была метаморфом, идеальным разведчиком и шпионом, но Сдемиру было плевать на возможности Анны – он видел перед собой женщину, а с женщинами он умел обращаться.
И понял, что Анна не лжёт.
– Сантьяга знает, что ты со мной?
– Да.
– Но то, что ты сейчас сказала, ты сказала от себя, не от него. – Люд выдержал паузу. – Почему?
Она правильно поняла вопрос:
– Сантьяга ждёт, Сдемир.
Он знает о твоей беде и хочет посмотреть, как ты себя поведёшь. И он не один такой: твоего следующего шага ждут и Всеведа, и Ярга.
– Что ты имеешь в виду? – Барон прекрасно сыграл лёгкую растерянность.
– На тебя наступили, Сдемир, гибель Далины стала для тебя ударом, и все ждут, что будет дальше: ты сломаешься, проглотишь смертельную обиду и вернёшься в строй или станешь действовать в своём стиле.
– И какой он – мой стиль?
– Ты захочешь отомстить.
– Любой на моём месте захотел бы отомстить, – неожиданно резко ответил барон. Но тут же вернулся к спокойному тону: – Это очевидно: месть – общий стиль.
– Но ты не станешь ждать.
– Ты… – Он покачал головой, взял со стола свой бокал, вновь пригубил, прошёлся по комнате, бездумно её разглядывая, уселся на диван, положив ногу на ногу, и лишь после этого продолжил: – Всё-таки ты меня вербуешь.
– Или показываю тебе, что умею, – ровно ответила Анна, усаживаясь перед бароном на стул.
– Зачем?
– Чтобы ты знал, что я могу предложить.
– Мы говорили о свободе, – припомнил Сдемир их прошлый разговор.
– Я много размышляла после нашей встречи и пришла к выводу, что хочу изменить свою жизнь. Резко изменить.
– Как?
– Но прежде я хочу знать: Ярга держит слово?
– У меня не было возможности это проверить, – честно ответил барон после короткой паузы. – Точнее, я бы сказал так: у меня не было возможности проверить, готов ли он держать слово, если это станет мешать его интересам, или же он посчитает, что дал слово вынужденно.
Но всё, что он обещал, он сделал.
– Если он пообещает оставить меня в покое – навсегда, – он это сделает?
– Почему ты не попросишь об этом Сантьягу?
– Потому что мне нечего предложить ему взамен, – легко ответила Анна.
– Предложи мою голову.
– Это станет результатом текущей работы, не более. Сантьяга отпустит меня только в обмен на что-то очень важное, но я не могу ничего придумать.
