Правда, она не собралась с духом поговорить с Харитоновым сама, но зато подослала к нему своего любовника Смулова, который и передал ему в самых недвусмысленных выражениях, что пора и честь знать и деньги вернуть немедленно. Такого поворота бедняга Харитонов не ожидал.
— И что же вы сделали после звонка Смулова? — спросил Коротков, которому этот Харитонов с каждой минутой делался все более противен.
— Ну что, что… Кинулся по знакомым деньги собирать.
— Собрали?
— Собрал, — с тяжким вздохом подтвердил Харитонов. — Куда ж я денусь.
С Алиной я бы, может, еще договорился бы, но с Андреем Львовичем связываться — себе дороже.
— И потом что?
— Отвез Алине. Рассчитался подчистую.
— Когда это было? В котором часу?
— Вечером уже, часов, наверное, в десять.
— Вы уверены?
— В чем? Что вечер был?
— И что вечер уже был, и что деньги отдали. Уверены?
— Конечно, я же не сумасшедший.
— Беда в том, Николай Степанович, что в квартире Вазнис этих денег не оказалось.
— Как это? Как это не оказалось, когда я сам лично ей привез всю сумму? Может, она их сразу в банк снесла?
— В десять вечера? Побойтесь бога, Николай Степанович.
Неладно у нас с вами получается. Либо деньги взял убийца, либо вы их вообще не отдавали. Алина-то Валдисовна теперь уж не подтвердит, привозили вы ей деньги или нет. Есть и третий вариант: вы же ее и убили, чтобы долг не отдавать. Конечно, это уж крайний случай, и верить в такой поворот мне не хочется, поэтому наша с вами задача — установить, кто видел, что вы действительно приходили к Вазнис около десяти вечера и что после вашего ухода она была еще жива.
И желательно найти человека, которому она сказала, что, мол, Коля приходил Харитонов, деньги наконец-то все полностью вернул.
Этот прием часто помогал Юре Короткову. Не таить от человека своих подозрений, говорить ему все начистоту, сокрушаться и предлагать помочь в сборе оправдывающих подозреваемого сведений. Если человек невиновен, то он сам выполнит за сыщиков львиную долю работы, а уж если виновен, то все равно проколется, и чем активнее будет действовать, тем быстрее сделает ложный шаг и разоблачит сам себя.
— Да вы что? — неподдельно испугался Харитонов. — Вы думаете, что это я Алину?..
— Мне не хочется так думать, Николай Степанович, — с притворной мягкостью отозвался Коротков. — Но обстоятельства — сами видите. Не в вашу пользу, одним словом. Если бы деньги нашлись в квартире у Вазнис, так и вопрос бы не возник. Где же они? Давайте уж вместе попробуем снять с вас подозрение.
