Зато муж продолжал: — Почему остальные поселки не стали жаловаться на напасти, а наоборот последний год ко мне приходили отчёты о том, что в этих местах стало безопаснее, чем в столице? Скажешь, затаилась, копишь силы? — с каждым вопросом Вилейт наклонялся ближе к моему лицу. — Зачем? Ты — некромант, твоя мощь растёт с количеством смертей, и будь ты чудовищем, то целого года тебе бы хватило, чтобы дойти до самой столицы Валлиса выкашивая всё живое на своём пути.
Последние слова я ощутила теплом на своих губах.
И хоть я растерялась, но вовремя пришла в себя и, сделав большой шаг назад, увеличила расстояние между нами, чтобы немного нервно заявить:
— Я не ищу лёгких путей. К тому же мой враг не все люди, а лишь Альберт и те, кто его поддерживает.
Вышло очень уверенно, притом, что сердце у меня выскакивало из груди от осознания — красавец-герцог, светлый маг империи Валлис, хотел меня поцеловать! В такой ситуации, оказалось очень трудно оставаться холодной и отстранённой.
"
"Наверное, если бы не мысли ранее, то я бы позволила ему это сделать. Ох и вовремя ко мне полезли размышления насчёт мужа — я бы просто удовлетворила любопытство и потешила убитое самолюбие, а Вилейт мог воспринять всё слишком серьёзно. А такого мне не надо!
— Вот именно, Медея, — спокойно говорил герцог, в то время как мои мысли панически разбегались перед его внезапной атакой, — это мысли человека, не чудовища. Возможно, в душе ты вообще не хочешь сражений, но понимаешь: если эту заразу не искоренить сейчас, потом будет поздно.
— Ты слишком хорошего мнения обо мне, — вздохнула я, украдкой следя, чтобы муж больше не подходил так близко. У нас серьёзный разговор, а он тут пытается меня очаровать!
В голубых глазах мелькнуло понимание, и Вилейт сам увеличил расстояние между нами, после чего вдруг сказал:
— Я видел целительницу, плевавшую на чужие жизни, я знаю правителя, который играет своими подданными как игрушками. Так почему маг смерти не может быть тем, кто принесёт с собой мир?
— А теперь ты на меня давишь, — недовольно проворчала на такое заявление, при этом стараясь не выглядеть слишком удивлённой.
А чтобы хоть немного открыть глаза мужу на себя, я добавила: — Мной движет месть, а не праведное возмездие.
Вилейт немного помолчал, затем улыбнулся и тепло произнёс:
— Оказывается, очень легко понять, когда ты врёшь. В следующий раз не отводи взгляда, и быть может, я тебе поверю.
