— Мы с коллегами держали планы в секрете, опасаясь, что Археологический отдел или Служба Безопасности узнают и никуда нас не выпустят. Малевич тоже никого не предупреждал, как я понимаю, руководствуясь теми же мотивами.
— Понятно, — подытожил Ершов. — Никто не знает, куда мы направились. А мне было сказано, что запасной маршрут рейда одобрен командованием! И как только наш храбрец решился на такое?
— Это я его убедила, — Виолетта поникла ещё сильнее. — Он нагло и назойливо меня добивался… В общем, я совершила ошибку: решила извлечь из этого пользу и наобещала ему всего в обмен на рейд в Железногорск… думала, потом не составит труда отказаться от обещаний на волне славы и всеобщего интереса к найденным материальным ценностям… Манипулировать Малевичем было совсем несложно…
— Два малолетних идиота, вашу мать! — тихо выругался инвазивный.
— Столько народу полегло… — Он болезненно покачал головой и вернулся к карте: — Значит, попробуем попытать счастья в центре космической связи.
Наши радиостанции сгорели вместе с техникой в Подгорном, а встроенные в скафандр рации ограничены десятикилометровым радиусом, да и то в идеальных условиях, если питания полно и местность открытая. В лесу и руинах дальность сильно падает. Но если связи не найдем, то хреновы наши дела.
Ершов мгновение молчал, после чего убрал нож и, свернув в трубочку целлулоидный лист карты, убрал его в подсумок.
— Будите своих друзей, доктор, — велел он, — через десять минут нам предстоит долго бежать.
"
"Бежать действительно пришлось очень долго. Поле руин, протянувшееся вперед сквозь сереющее сумеречное небо, казалось, простирается бесконечно. Бежали в колонну по двое, пригнувшись, огибая ямы и кучи давно спрессовавшихся обломков, засыпанных ядовитой пылью, спотыкаясь о торчащие куски ржавой арматуры и сгнивших бревен. От постоянного нахождения в полусогнутом состоянии нестерпимо болела спина, долгий бег вымотан до изнеможения, и Виолетта переставляла ноги, словно робот, поглощенная единственной мыслью: когда же можно будет перейти на шаг? Ершов время от времени подавал команду идти шагом, чтобы дать отдышаться измотанным археологам и совершенно измождённому Малевичу, которого солдаты роты охраны поддерживали под руки.
Но эти паузы были столь коротки, что восстановить силы было невозможно.
Через час изнурительного марш-броска спасающиеся бегством люди достигли озера, и Ершов приказал залечь за любые укрытия.
