Я навел о вас справки, прежде чем предлагать сделку. Вы, случаем, не забыли, кто перед вами?
— Что вы, как можно! — съежился мужчина, торопливо запихивая документы обратно в папку. — Топ-менеджмент самой влиятельной организации мира надо знать в лицо! Я ни секунды не сомневался в ваших словах! Я…
— Вот и отлично, — вновь оборвал его чиновник. — Наша сделка завершена к обоюдному удовлетворению сторон, и на этом предлагаю наш разговор закончить. Надеюсь, мне не стоит обращать ваше внимание на абсолютную конфиденциальность всего произошедшего?
— Ни в коем случае! — с готовностью заявил мужчина.
— Я прекрасно всё понимаю! Наших встреч не было, мы никогда не разговаривали и даже не видели друг друга! — Он потянул за дверную ручку, собираясь выйти из машины, но дверь не открылась. — Тут заблокировано…
Несколько мгновений Шинкарёв буравил его пронзительным взглядом, после чего произнес:
— Я очень рассчитываю на вашу понятливость. Утечка информации по нашей сделке может стоить карьеры мне — это не исключено, а также жизни некоторым людям, а возможно, даже и семьям — это, как ни печально, стопроцентный факт.
Наш Концерн борется с эпидемиями по всему миру, но даже мы не успеваем оказываться везде.
С этими словами центральный замок демонстративно щелкнул, разблокировав двери микроавтобуса, и чиновник красноречиво посмотрел в окно, давая понять собеседнику, что его в машине более не задерживают. Тот испуганно съежился, сунул за отворот пальто папку, натянул на лицо повязку и торопливо покинул машину.
Шинкарёв нажал на кнопку селектора и коротко бросил водителю:
— Домой! — Микроавтобус тронулся, и чиновник откинулся на спинку сиденья, погрузившись в раздумья."
"Всё прошло гладко, несмотря на обилие опасений. Подобная схема не могла быть выполнена с привлечением сотрудников «СК». Служба Безопасности наверняка в состоянии провернуть это без особых проблем, но тогда бы о подмене новорожденных быстро узнали в Управляющем Комитете. И он, Шинкарёв, только проиграл бы в результате всего этого.
Нет, тут было необходимо действовать через иных лиц, к Концерну не относящихся и одновременно достаточно влиятельных. В общем, он покопался среди обязанных ему людей, коих было пол-Москвы и треть России, и нашел кое-какую информацию на тему ничем не подтвержденных слухов о предположительных подменах детей в одном из столичных родильных домов. Остальное было делом техники и приватных переговоров. Этот докторишка, Эмиль Эдуардович, ломался не долго.
