Нашим бы поучиться…
«Да, на обед они, конечно, зовут… но держат за людей второго сорта, – отвлечённо подумал я. – В доме должен быть нормальный умывальник, для белых людей, так нас туда не повели. Мол, и летним обойдутся, не баре…»
– Сарай, – отметил Петрушин, беря здоровенный кус хозяйственного мыла из подставки и принимаясь мыть руки. – А что у нас в сарае?
– Скатын там, – ответил дед.
– Мму-у-уу! – лениво подтвердила из сарая корова.
– Понятно, – кивнул Петрушин. – Млеко, курки, яйки?
– Яйки нэт.
Сичас такой пириуд – курица нэ хочит работат! – Дед повесил полотенце на крючок и заковылял к углу. – Давай, мойса, патом дом иды. Сартир хочиш – пряма хады.
– Ага! – Предприимчивый Вася сделал шаг по направлению к сортиру и…
В этот момент из близ расположенного окна на боковой стороне дома послышался приглушённый женский вскрик. И тотчас же в карманах у нас тихонько пискнул тон радиостанции. Но не длинный.
– Падай, – флегматично буркнул Петрушин, неуловимым движением переводя висевший за спиной «ВАЛ» в положение «для стрельбы стоя» и разворачиваясь к дому.
– Угу, – выдохнул Вася, хватая меня за воротник и резко дёргая назад, к углу дома.
«Дзинь-тресь-трах-тарарах!!!» – Петрушин чудовищным прыжком преодолел отделявшее его от стены дома расстояние и, слегка присев, прыгнул ещё раз – как-то боком, не по-человечьи, всей своей массой обрушиваясь на оконный переплёт. И исчез в оконном проёме, совместно с переставшим существовать окном.
– Мегар ду! – хрипло заорал дед, успевший скрыться за углом.
Это я рассказываю долго, а на самом деле всё длилось считаные мгновения. Я только рот успел разинуть, чтобы спросить – а что, собственно, происходит?!
В следующую секунду Вася отточенной подсечкой свалил меня на пол, а сам кульбитом ушёл влево и распластался рядом с углом.
«Та-та-та-та-та-та-та…» – пулемёт в закрытом пространстве двора громыхал, как гаубица на полигоне. Точнее, как много гаубиц и подряд.
Типа трёх артдивизионов, лупивших со скоростью десять гаубиц в секунду. Представляете, что это за дрянь такая?
От мирной жизни до сейчас минуло немногим более трёх секунд, я даже испугаться толком не успел и теперь просто лежал на дощатом настиле, наблюдая за чудесным явлением, которого до сего момента ни разу в жизни не видел."
"Дверь сарая вдруг обзавелась неким прихотливым дизайнерским изыском: ровной стёжкой плюющихся щепой отверстий.
